Книга Тьма по соседству, страница 289 – Марьяна Куприянова

— Ты не можешь прямо сейчас… – Уже не его голос, гораздо ниже, глубже, резче. – Ты не представляешь, о чем просишь.

— Представляю, – спокойно заверила она. – Нужно довести начатое до конца.

Больше Фаина ничего не боялась, будто вместе с одеждой сбросила с себя все, что мешало ей жить и свободно дышать. И сделалась полностью свободной. Даже от страха смерти. Она подошла к Яну и обняла его со спины так, чтобы как можно плотнее касаться его тела своим.

— Не делай этого, – сказал он, но сам не шелохнулся. – Ты знаешь, кто я. Не делай. Я не гарантирую тебе безопасности. Я могу случайно убить тебя. Ты слишком долго сопротивлялась, чтобы я теперь сдерживался.

— Знаю. – Фаина прижалась еще плотнее, а Ян был словно каменный и еще – очень горячий.

— В прошлый раз я перегнул палку, за что прошу у тебя прощения. Я также очень сожалею, что твои ноги пострадали. Я не хотел причинить тебе вред, но так вышло. Я снова сорвался, мне тяжело… в этом теле… вести себя как человек.

Создавалось впечатление, будто он говорит все, что придет на ум, лишь бы отвлечь себя. Но Ян был на пределе, Фаина хорошо знала это. Она прошла вперед и встала перед ним, положила руки ему на плечи, подняла голову, чтобы увязнуть в темно-зеленых водах его глазниц.

Мужчина с решимостью осматривал ее лицо, которое так мечтал вновь увидеть последние несколько дней. Он мучился от нестерпимой боли, растущей где-то внутри после побега Фаины и особенно тех слов, что она бросила ему на прощание. Сейчас она твердила противоположное, и Яну было трудно поверить ей. Как будто она с ним играет. Такое он переживал впервые.

— Ян, ты не слышал меня? – мягко спросила она и повела рукой по его груди, касаясь пальцами пуговиц, и ей показалось, что он задрожал. – Посмотри на меня внимательно. Неужели тебе все это больше не нужно?

Фаина взяла его руку и положила себе на горло. Это стало последней каплей, и у Яна сорвало крышу.

Он набросился на нее и грубо завалил на кровать. Словно потеряв рассудок, молодой мужчина превратился в необузданное, голодное животное, и Фаина вела себя под стать. Она кусала его, била по лицу, стонала и взвизгивала от удовольствия, когда белые зубы терзали ее плоть, когда горячие пухлые губы касались ее кожи…

От бурной прелюдии, больше похожей на борьбу, кровать ходила ходуном, но это их не беспокоило. Ян сбросил с себя рубашку, которую Фаина помогла расстегнуть, оторвав пару пуговиц, и тут же прильнула к его безволосой упругой груди, чтобы насладиться каждым сантиметром. Ян взвыл от ее сладких прикосновений, он был горячим, как магма, и мог что-нибудь расплавить.

Фаина дошла до предела, имея возможность трогать его тело, и полезла к лопающейся ширинке. Ощупав то, что было под ней, она довольно усмехнулась. «Наконец-то». Не отрываясь от крепкой шеи Яна, свободной рукой она перешла к поглаживаниям, ощущая, как плоть вздрагивает и каменеет еще сильнее под ее ладонью.

— Фаина, остановись, – едва слышно простонал Ян и тут же впился губами в ее левую грудь, противореча собственным словам. Он уже не управлял собой. Девушка потянула замочек на молнии, предвкушая впустить в себя то, что сейчас освободит.

— Нет… остановись. – Ян грубо перехватил ее руку, отодвинулся и зажмурился с болью на лице, глубоко и шумно задышал. – Что-то не так. Я чувствую это. Что-то неправильно.