Книга Тьма по соседству, страница 143 – Марьяна Куприянова

— Единого мнения нет до сих пор, – вздохнула Браль. – Лишь теории. Это либо неблагополучная семья, где с самого детства ребенок видит родительскую неприязнь и замыкается в себе, осознанно отстраняясь от людей; либо возникающее на фоне неумения создать комфортные для себя условия неприятие себя и своих недостатков и, как следствие, затворничество; либо врожденная когнитивная расфокусированность, когда человек не умеет улавливать чужие чувства, а потому не может на них ответить.

Кстати, если уж заговорили о детстве, на этот счет у меня тоже есть парочка наблюдений. Знаете, почему вам так нравится вкус сладкого, различные безделицы, мультики, игрушки? Почему вы страшитесь перемен и ответственности? Вы любите все, что возвращает в «старые добрые времена». Вам не нравится взрослая жизнь, верно? Вам все больше хочется выпасть из нее. Вы даже нашли хороший способ эскапизма – надежный, но не оригинальный. Алкоголь облегчает ситуацию не тем, что помогает расслабиться или повеселиться, нет. Он позволяет на время притормозить самокопание и мучительные для вас мыслительные процессы, которые не удается застопорить в трезвом виде. Дарит недолговечную легкость, прелесть которой познается лишь в сравнении с ежедневным состоянием.

Очевидно, у вас было счастливое детство, если вы так жаждете в него вернуться. Вы не заметили, как выросли. Когда вы стали взрослой, Фаина, в каком возрасте? – Браль вновь сочувственно вздохнула. – Инфантилизм – весьма распространенная проблема в наше время. Она проявляется в легкой форме у большинства ваших сверстников. У людей есть только два варианта: либо приятное детство, полное позитивных впечатлений, и отказ переходить в новое состояние, принимать законы взрослой жизни, либо, наоборот, ужасное детство, полное травм, и стремление исправить нынешнюю жизнь, сделать непохожей на то, что пришлось пережить.

С другой стороны, будь ваше детство безоблачным, откуда взялись бы все эти комплексы и страхи? Допускаю, что вы склонны, как и многие из нас, идеализировать то, что безвозвратно прошло, искусственно наращивая ценность утерянного. Вы – загадка, Фаина. Интереснейший ребус человеческой психики, требующий более тщательного изучения.

Но девушка не ощущала того же восторга, что испытывал бы любой на месте Браль. Она поняла вдруг с необыкновенной ясностью, что не зря оказалась здесь. Даже если бы Ян не появился в ее жизни и не послужил катализатором внутренних противоречий, ей давно следовало показаться специалисту.

— Признаться честно, услышанное меня угнетает.

— Так не должно быть, Фаина. Вы словно павлин, который грустит, увидев свои чудесные перья.

— «Чудесные перья», ага, – усмехнулась она, представив на миг, как Ян ее ощипывает. Жуткая картина. – Что в этом всем чудесного?

— Вы уникальны, а это бесценно.

— Я слишком дорого за это плачу.

— Иначе не бывает. За уникальность всегда приходится платить. Отчуждением, отшельничеством, полным неприятием окружающими, отсутствием нормальных взаимоотношений с ними.

— Я давно заметила, что мне… не требуется становиться фрагментом чего-либо, чтобы ощущать себя, знаете, полноценной. Вливаться в фан-клубы, группы по интересам, литературные кружки и тому подобное – не для меня. Если я и люблю что-то, я люблю это сама по себе, мне не нужно все остальное сообщество поклонников, чтобы делить с ними свои впечатления от прочтения книги или просмотра фильма, грубо говоря. Меня они даже раздражают.