Книга Забег на невидимые дистанции. Том 2, страница 329 – Марьяна Куприянова

«Забег» – тот роман, где нет четкого деления на черное и белое, а антигерою искренне, до панички и удушья, сопереживаешь. Тем более все мы понимаем, что Флинн в этой истории не главный злодей, а вынужденный, которого к многочисленным аморальным поступкам побудила пережитая трагедия. И нам хочется, чтобы баланс восстановился, и правда оказалась на его стороне. Мы за него болеем.

Если бы не начальные события, этот человек не стал бы тем, чем его сделала жизнь и жестокость людей. Он одержим целью, которую считает светлой и справедливой – восстановить утраченное равновесие. А на самом деле – искупить вину, путем определенных действий выдать себе индульгенцию, переиграв прошлое. Эти мотивы толкают его на ужасные поступки. Он верит, что его боль может изменить все, и в какой-то момент мы тоже в это верим, мы заражаемся его безумием, и нам кажется, что во многом он прав. Флинн так и не смирился с мыслью, что страшное случается даже с самыми обычными людьми, которые этого не заслуживают. Он так и не смог поверить в то, что мир живет по таким порядкам. А разве вы смогли бы?

Раз уж мы заговорили об антагонистах, давайте разберем еще два типа, которые я выделяю в романе: исходный и локальный.

Исходный антагонист – тот, без чьих действий не случилось бы сюжета. Его преступная расчетливость и злая воля пронизывают эпизод 0, такой «стеклянный» и жуткий, что слабо верится, будто подобное можно поместить в самое начало книги. Его поступок запускает цепную реакцию, но знают об этом читатели, не персонажи. Мы видим его только здесь, в начале координат, и больше ни разу не встретим и ни слова от него не услышим. Но это не значит, что его влияние ослабнет. Просто он будет действовать уже не лично, а из-за кулис – и совсем в других масштабах. Мы так и не узнаем его имени, ведь у зла легион лиц. Стать им может каждый.

Локальный антагонист – тот, кто не имеет глобального влияния на сюжет, лишь на сюжетный поворот, состоявшийся ближе к финалу, но от этого его поступок не кажется менее ужасным/влиятельным. Выстреливая как черт из табакерки, он тем не менее имеет прописанную мотивацию и логику, более того, целый философский фундамент, обосновывающий его действия. И только когда все случится, вы поймете, что намеки были, жирные такие намеки, просто вы, как и герои, предпочли не воспринимать их всерьез. И поплатились. Речь, конечно, об Итане Гардинере.

Антагонисты «Забега» – это не про мистику или хоррор, а про самых обыкновенных жестоких людей, которые окружают нас, живут рядом и успешно скрывают правду. Кто из них представляет собой наибольшую угрозу, решать вам. Сочувствовать добру может каждый, а вот сочувствие злу – воспитание эмпатии и перестройка ценностей… Насилия в мире много, и все оно разного масштаба и градуса. Глобальное и сиюминутное, врожденное и приобретенное, травматическое, психопатическое, социальное… А я в своих книгах стараюсь отразить жизнь как она есть.

Хотелось бы напоследок рассказать и о тайне названия. «Забег на невидимые дистанции» звучит длинно и странно, верно? Держу пари, так вы и подумали, впервые услышав это сочетание слов. Но именно такой, длинной и странной, книга планировалась и получилась. Помню, как в какой-то момент была мысль сменить книге имя, но меня отговорили читатели и муж. На тот момент уже все называли роман сокращенно, по первому слову – «Забег», и это звучало так по-родному, что рука не поднялась.