Книга Забег на невидимые дистанции. Том 2, страница 312 – Марьяна Куприянова

Ларс пытливо изучал грубый, бандитский профиль Сета, фиксируя любое эмоциональное изменение. Ридли молчал, играя желваками, будто кто-то шевелился под щетиной.

— Похищение Нины – лишь многократно усиленное эхо прошлого. Ты ведь что-то знаешь об этом, верно? Расцвет наркобизнеса и пропавшие дети связаны между собой. О главном я догадался сам, и уже давно. Но у меня нет прямых доказательств. А ты мне помочь не хочешь.

— Хочу, но не могу, – поправил Сет с болью в голосе.

Он строго глядел на дорогу, но судорога свела его лицо, исказив мимику. Он по-прежнему рассматривал вариант, в котором убьет Лоуренса Клиффорда, чтобы выжить самому. Организация не прощает непослушных. Один человек ничего не исправит. Не сможет им противостоять. За ними огромная власть. И пойти против нее он не может себе позволить. Или все-таки рискнуть?

— Кто такой Дарт Хауэлл?

Сет отрицательно покачал головой, поджав губы. Врать он не умел совершенно.

— Нет, ты знаешь. Основатель адвокатского бюро, которое защищает сотрудников организации, когда их схватят за яйца. Как тебя совсем недавно.

Ридли глянул на него испуганно, машина вильнула на дороге и тут же выровнялась, с трудом восстановив контроль на большой скорости.

— В начале двухтысячных он сделал себе имя, выиграв дело по обвинению в отмывании денег в особо крупных размерах после сбыта товара на черном рынке. Затем этого его карьера резко пошла в гору. Это все, что я знаю.

— Этого достаточно, – кивнул Клиффорд.

С того мгновения, как послышался голос Йена, тело шевелиться отказывалось.

Нельзя было двигаться и издавать звуков, хотя мышцы затекли, а доступное пространство как будто съежилось. Мозг умолял немедленно выбраться на свежий воздух, размяться и полежать плашмя. Но крики разгневанного похитителя впрыскивали сыворотку оцепенения. То же самое было с нею, когда он пытался похитить ее ребенком много лет назад. Когда возник из ниоткуда, приподнял над землей и понес в машину.

— Нона! Где ты? Отзовись!

Судя по расщелине, сквозь которую Нина видела, что творится снаружи, на улице уже посветлело, иней растаял, и по парку стелился дымчатый туман. Часов девять утра, не более. Выходит, Йен действительно приехал раньше. Будто почуял неладное. Хорошо, что она не осталась подремать в камере, а заставила себя выбраться и спрятаться здесь. Это давало хоть какое-то преимущество.

Если Флинн боится ее упустить, сейчас он не только в гневе, но и в панике. А значит, может совершить ошибку.

— Пожалуйста, отзовись. Ну, прости меня! Прости за все.

Не так страшен жестокий человек, как тот, кого не переубедить. Доброта не бывает безумной или беспощадной. Если он сейчас ее поймает – это конец. Он примет меры, и больше ей не сбежать, а о помощи извне можно даже не думать. Ларс, конечно, профессионал, но будет ли он искать ее годами? Ищет ли он ее прямо сейчас, или еще даже не в курсе, что происходит? Нина станет узницей чьей-то больной фантазии, сценарий которой далек от реальности, но почему-то подчиняет ее себе.

— Ты же знаешь, я хочу как лучше. Для тебя! Все это для тебя!

Никакого будущего, никакой карьеры, друзей, образования, любимой работы. Ей никогда не попробовать себя каскадером, не служить в армии, не стать личным охранником лучшего друга, чтобы ездить с ним по всему миру на научные симпозиумы и иногда выступать у трибуны вместо него, чтобы повеселить публику.