Книга Забег на невидимые дистанции. Том 1, страница 170 – Марьяна Куприянова

С начала своей карьеры в Мидлбери офицер Клиффорд сосредоточился на поиске ключевых фигур наркобизнеса округа и, как следствие, на заполнении доски новой информацией. Фрагменты ее, следуя накопительному эффекту, иногда сливались в новые данные прямо в этой комнате, переворачивая с ног на голову все, что Лоуренс знал ранее. Как несколько капель воды, соединяясь, становятся одной, и от тяжести она стекает быстрее.

Внезапное слияние разномастных данных (в том числе диктофонная запись диалога с Тиффани) однажды навело Клиффорда на мысль, что пригород сто́ит проверить с особым тщанием. Догадка принесла плоды. Организация висела над головой как дамоклов меч. Как издевка. Клиффорд стремился докопаться до сути и всех, замешанных в этой головоломке, отправить под следствие. Часть, конечно, откупится, но для них уже ничего не будет как прежде.

Как бы Ларс ни убеждал себя, что старается только ради карьеры, очевидно, что в нем зудело обостренное чувство справедливости, непонятно откуда взявшееся в человеке со сломанной эмпатией. Ему было все равно на людей, которых он использовал, чтобы вставить палки в колеса организации, и даже все равно на людей, которые страдали от ее деятельности. Он просто хотел, чтобы все, кто нарушает закон, тем самым приумножая хаос и причисляя себя к касте особенных, прекратили это делать.

Ларс понимал, что инфопаутина из лиц, фактов и точек на карте выглядит шифром только для человека извне вроде него. Для тех, кто в контексте, это четко слаженная система, работа которой отточена годами ошибок, конфликтов, потери денег и товара, предательств. И сейчас он грубо вмешивается в нее, отнимает по винтику, разглядывает, пытаясь разобраться, как все устроено. Со стороны может напоминать ребенка, тычущего палкой в осиное гнездо. По степени опасности так и есть.

Некоторые вещи хаотичны только со стороны, а копнешь глубже – все там идет как по маслу. Жесткая субординация, правила, система поощрений и запугиваний, разделение на функциональные касты. Каждый знает свое место и не высовывается. Кто должен молчать – молчит, и все делают ровно ту работу, за которую им платят. Государственным учреждениям только завидовать остается столь строгому порядку.

Правда, внутри организации действует свой собственный естественный отбор, не знающий пощады. И тот, кто не проходит его – не понимает правила, много болтает, нарушает обещания, не исполняет обязанности, срывает сроки, тайно сливает данные полиции, – исчезает бесследно. Такова цена инкогнито.

Молчание значит больше, чем любые слова, а тормозящие звенья быстро вынимаются из цепи. Поэтому так тяжело выудить что-то даже из слабо информированного лица. Рисковать своим местом в системе не хочет никто. Не только из страха за свою жизнь, но и потому, что система их кормит. И кормит щедро.

Сложность задач Ларса не отталкивала. Наоборот, раззадоривала. С юных лет его интересовало познать предел своих сил. Может быть, он всю жизнь только этим и будет заниматься – пробовать себя на прочность. Интересно, члены организации, отвечающие за безопасность, уже взяли на заметку молодого офицера из отдела нравов, по вине которого лишились крупной производственной точки?

Стоит ли Лоуренсу опасаться за свою жизнь, если он и дальше будет гнуть свою линию? Или же они не пойдут на такую наглость, как убрать копа, опасно нащупавшего пульс?