Книга Карбоновое сердце, страница 73 – Марьяна Куприянова

— Ты вообще в своем уме? – повысил голос Генри, протрезвев от удивления. – Сара детей из огня вытащила, две недели мучилась с ожогами в госпитале, а ты ее решила в воду столкнуть? Думаешь, это забавно? Ну и сучка же ты, Стейси. Проваливай отсюда, и чтобы больше я тебя ни здесь, ни на Гранж Пул Драйв не видел.

Окружающие громко поддержали эту идею, заглушая причитания девушки, а я молча ликовала. Пусть у каждого будет такой враг, как эта ревнивица, своей глупостью еще более облагородившая меня в глазах окружающих. Если бы не она, тот вечер мог обернуться не так удачно. Иногда дрянь, которая с нами случается, происходит для того, чтобы помочь нашим планам осуществиться.

Тем временем мы выбрались на сушу. Вода ручьями струилась по одежде, а Гектор продолжал прижимать меня к себе одной рукой, скорее всего, уже на автомате. Нам обоим было холодно и неловко, и это неясным образом роднило. Мы находили защиту друг в друге.

— Идемте, я дам вам полотенца и что-нибудь переодеться, – рассеянно позвал расстроившийся Генри и увел нас в дом, где никого больше не было.

Для Гектора он нашел свои майку и шорты, подходящие по размеру, а для меня кое-как откопал ночной халатик своей сестры Хелен, которая давно уже не живет здесь. Он пришелся мне по фигуре, хотя и немного коротковат. Однако выбирать было не из чего, так что я облачилась в то, что дали, заметив скользящий взгляд Соулрайда на своих коленях.

Мокрые вещи Генри вывесил на заднем дворе. Разумеется, не стоило надеяться, что они высохнут быстро, учитывая отсутствие солнца, но мне уже стало плевать на это. Так всегда бывает. Сначала ты боишься облажаться, тебя мучает паранойя, а потом, когда самое хреновое уже случилось, ты наконец-то можешь расслабиться, потому что теперь свободен от всяких страхов и предрассудков. Гонщик предложил переночевать у него, и я пообещала подумать над этим.

— Где мне умыться? – спросила я, вспомнив о поплывшем от воды макияже, и ужаснулась тому, как могу сейчас выглядеть. Причесаться, кстати, тоже было бы неплохо.

Хозяин дома отвел меня в ванную, дал расческу и полотенце. Вместе мы вернулись на кухню, я сиротливо села на диванчик, Гектор ожидал за барной стойкой, положив мокрую вихрастую голову на сложенные руки. Очень волосатые, кстати, руки. Я поправила халатик, сжимая колени.

— Холодно? – спросил Генри, осматривая меня.

— Прохладно, – пришлось прочистить горло перед ответом.

— Так. Меня ждут гости, вы только не обижайтесь. – Генри достал из шкафчика две рюмки и бутылку текилы в толстом стекле. – Вот вам средство, чтобы согреться, а я пошел. Не скучайте. И, Гектор, – он обратился к Соулрайду с многозначительным взглядом и погрозил пальцем, – не обижай нашу Сару.

— Не буду, – пообещал восемьдесят пятый, хотя его широкая улыбка говорила об обратном.

Именинник поспешил на улицу, оставив нас наедине. Мне тут же стало не по себе. Я старалась не смотреть на Гектора, одновременно понимая, что глупо сейчас быть скованной и молчаливой. Соулрайд разлил текилы, сел рядом со мной и протянул рюмку. Я молча приняла ее, опрокинула в себя, скривилась. Прозрачная жидкость обожгла горло, огненной волной прокатилась по пищеводу. Тяжко было только первые несколько секунд. Соль и лайм сейчас не помешали бы.