Книга Принудительная потеря слабости, страница 42 – Инна Диборид

Я пыталась собраться с мыслями, стать как-то спокойнее, чтобы не выдать то как они мне дороги... Но было поздно... Я полностью выдала своё истинное отношение к покинутой мною семье... Я стала немного лучше понимать поступок матери в ночь моего похищения. Мне было так стыдно, что я осуждала маму за её слова...

Мама прекрасно понимала, кто пришёл в дом и на что они могут быть способны... Именно поэтому решила предпринять попытку спасти хотя бы остальных. В отличии от меня, у мамы получилось. В тот день дома была Розалина в своей комнате на втором этаже, но голодные хищники отыгрались на девушке из отеля... Хотя возраст моей маленькой сестры и той девушки был примерно одинаков. Мне страшно подумать, что эти подонки могут сделать с моей хрупкой сестрой... Она была как светловолосая фея. Немного непослушная в своих совсем не девичьих увлечениях, но в целом такая милая и беззащитная...

Я с улыбкой вспоминала про любимую сестричку, но тут же мои мысли омрачались от воспоминаний из отеля, когда подонки в открытую наслаждались своей властью над беззащитным телом неизвестной мне девушки. И меня охватывал ужас каждый раз, когда сознание умудрялось представить на месте той девушки Рози...

Брат Эрик, мама и Джонатан... Надеюсь, что хотя бы их не тронут. Что всё ограничится только смертью Билла, который имел неосторожность лично преследовать моих похитителей.

За те три дня, что я торчала в своей комнате даже не пытаясь выйти, мне не стало легче. Я чувствовала себя настолько беззащитной, будто голой перед толпой извращенцев, готовых в любой момент напасть.

Я была противна сама себе и испытывала сильнее отвращение. Мне было невыносимо сложно смотреть на себя в зеркале. В его зеркальном полотне я видела отражение портовой девы по вызову. Дешевка. Так легко сама пошла в лапы этого чудовища. Он знал, что меня ждёт и не упустил возможности поиметь что-нибудь дополнительно... А ещё... Я не сопротивлялась когда этот скользкий и мерзкий тип целовал меня... Практически пожирал. Меня начинало тошнить от воспоминаний о поцелуе и мутило от самой себя. Настолько я была ненавистна в этот момент себе.

А если он попросил бы чего-то больше? Так же предложив свободу в обмен на исполнение его больной и извращенной фантазии? Я бы так же сразу прыгнула к нему исполнять всё требуемое? В голове проносились кадры из совсем неприличных фильмов, где мужчины доминировали над женщинами и меня вновь начинало тошнить. Дагги определенно был противен мне. Так на что я надеялась, когда соглашалась на сомнительную сделку с ним?

Бросало в неприятную дрожь. Я совсем обезумела и стала ничуть не лучше окружающих меня людей. Почему-то даже вспомнился поцелуй Дагга с Лили... Но она гораздо свободнее меня? Ведь так? Она добровольно целовалась с ним, когда я увидела её впервые...

Кэл... Единственным просветом во всём этом темном месте для меня был Келвин... Он до этого как мог и умел поддерживал меня и защищал... А ещё он прямо на моих глазах убил брата... Того человека, который всю мою жизнь наравне с Джо и Эриком заботился... А ещё Билл не побоялся броситься в погоню, когда меня украли... Но Келвин хладнокровно убил его.

Быть хладнокровнее... Это именно то, что подразумевал Кэл под этим словом? Убить человека, потому что он для него не более чем мусор, замаравший дорогой паркет?