Книга Ловушка на оборотня, или Встреча на краю… весны, страница 40 – Алёна Александровна Комарова

Девушка ещё долго таращила глаза в визитную карточку помощника капитана кругосветного лайнера, не верила глазам и раз в минуту щипала себя за разные части голого тела.

Они вышли из гримёрки и направились к выходу, теперь их ничто здесь не задержит. Уже и выход маячил на горизонте. Но всё шло наперекосяк.

Дверь отворилась, и в коридор вошли два человека.

— Кузнецов — шёпотом протянул Виталий. Быстро схватил Леру и прижал к стене, обнял и поцеловал.

Лера толкнула его в грудь. Наткнулась на каменные мышцы. Попыталась возмутиться, но его настойчивый поцелуй не позволил и слово промычать. И только сейчас до неё дошёл смысл его слов. Кузнецов. Следователь, который ещё вчера кричал на них за самовольное проникновение во двор Петра. И, кажется, потребовал не лезть впереди паровоза, и вроде бы они дали ему слово (что-то такое Лера припоминала сквозь туман поцелуя). А тут совсем неожиданно они очутились на шаг впереди в деле, в которое и нос-то совать не имеют право. Картина маслом. Встреча с ним здесь была очень некстати. И Лере пришлось подыграть, сделать вид страсти, но все выглядело очень натурально, во всяком случае, она почувствовала страсть Виталия. Или напридумывала? Конечно напридумывала. Виной всему нервы и обстановка. От испуга сердце готово было выпрыгнуть из груди, голову сковал страх разоблачения, ей даже мерещились звуки словесных бичеваний. Над их головами повис меч расправы за самовольность.

Но она обняла Виталия и не сопротивлялась. И даже поводила руками по спине.

Когда полицейские прошли мимо них, они медленно, но целеустремлённо продолжили свой путь в противоположную сторону от мужчин. Лера отчаянно вцепилась Виталию в руку и зашипела (по-другому и не назвать):

— Не смей больше так делать.

Виталий хотел уточнить, что опять ей не понравилось, если поцелуй, то он наоборот мечтал его повторить, но не успел.

— Стоять! — прогремел им вслед Кузнецов таким голосом, от которого в горах лавина сходит.

Лера готова была бежать, даже сделала попытку, но Виталий крепко держал её за руку. Остановились. Активной радости не проявляли, даже приличие проигнорировали — не повернулись. И Кузнецову пришлось обойти их и заглянуть в лицо. Интересовал его пока только Виталий.

— Что? Вы что тут делаете? Расследование ведёте?! — Уставился он на Виталия.

Лера замерла, боялась даже пошевелиться, настолько грозный был Кузнецов Илья Кириллович. Он медленно повернулся к ней, наклонил голову, по мере догадки лицо его менялось. Лера видела весь спектр эмоций, они сменялись со скоростью света. Теперь она знала все наглядно: все пять стадий от отрицания до принятия видела своими глазами.

— Валерия Сергеевна?! Это вы?! — на стадии гнева выкрикнул он. Он бесцеремонно стянул с неё очки и небрежно откинул прядь черных волос. — Вы что себе позволяете?!

Гнев Кузнецова вывел её из ступора, она помотала головой.

— Это была моя идея — чуть отодвинув Леру, загородил Виталий.

— Да? Прекрасно — сказал Илья Кириллович таким тоном, каким обычно приводят приговор к казни через расстрел. В голосе было столько же пороха и жести. — Я вас обоих могу задержать и раскидать по разным камерам на пару суток. Вы этого хотите?

— Мне завтра на работу — забеспокоилась Лера.

— Как вовремя вы об этом вспомнили. Какая прекрасная память, Валерия Сергеевна. Вы — преподаватель колледжа. Как вам не стыдно?