Книга Чертовка, страница 53 – Ванесса Рай

Для нее все в этом мире черное или белое. Так и с мамой – она либо плохая либо хорошая.

Резко разворачиваюсь и еду в обратном направлении. – Успокойся, вон твой папа. Никуда не делся. Сейчас мы посадим его в машину и поедем в новый дом, – успокаивала я дочку.

Психотерапевт выжидательно смотрит на меня и изображает улыбку. Я не верю в психотерапию, но здесь это обязательное условие. – Куда можно сесть? На стул? – почти заикаюсь я от волнения.

— Можете на кресло, можете на стул. А если хотите, то располагайтесь на полу, лишь бы вам было комфортно, – острит врач.

Я выбираю стул. Кресло требует расслабления, а так как я не собираюсь задерживаться на сеансе, то это мне без надобности.

— Расслабьтесь… Почему вы так напряжены? – говорит доктор, прожигая меня взглядом.

— Да все просто – я хочу уйти, – режу я правду матку.

Мои слова не вызывают у психотерапевта никаких эмоций. Женщина почти не двигается и спокойно смотрит на меня.

— Давайте поговорим об этом. Со мной вы можете быть совершенно откровенны… Скажите, почему вы здесь, что вас беспокоит? – уточняет она.

Черт бы побрал этого Славу – он буквально силком засунул меня в эту клинику. Она типа добровольная и я могу уйти домой, когда захочу. Он настаивает, чтобы я прошла лечение.

В последнее время мое поведение стало пугать мужа и дочку. Они устали от переездов, от моих истерик, приступов паники. А бегство от черного мерса и стало последним штрихом.

Они не хотят терпеть. Лера плачет, когда я беру ее на руки, а муж уходит спать в другую комнату. Во сне я кричу, скриплю зубами, пинаюсь, угрожаю убийством.

М-да. Возможно, мне здесь мне помогут, хотя я очень в этом сомневаюсь.

На пятом сеансе врач ввела меня в гипноз. Другого способа раскрыть меня у нее не было – я молчала, лишь изредка выдавая саркастические фразы. Во время транса я снова оказалась в гареме. Шейх был в моей комнате, смотрел на меня в упор и гладил по руке. Я улыбалась.

В этот момент мне было хорошо и я не хотела никуда уходить…

Психотерапевт задавала вопросы, которые врезались в мои видения будто из другого мира.

— Где ты сейчас? Кто рядом с тобой? Опиши этого человека подробно…

— Что ты чувствуешь?

— Тебе хорошо или плохо?

Другие вопросы я не запомнила, но ответила на все. Говорила на автомате, не задумываясь, все, что приходит в голову.

После транса я долго пыталась прийти в себя. Врач, молча, сидела рядом.

— Дарина, я хочу поговорить с вами об Амире, – спросила она через некоторое время.

От неожиданности я покачнулась и чуть не упала со стула. Она знает, что меня зовут Дарина? В регистратуру центра я подала липовый паспорт.

Какая же я дура – дала ввести себя в гипноз и разболтала про себя всю правду. Сейчас этот человек опасен для меня.

— Почему вы называете меня Дариной? – с волнением сглотнула я.

— Потому что это ваше настоящее имя… Послушайте, под гипнозом люди говорят только правду. Иногда говорят даже то, в чем сами себе боятся признаться. Транс достает из человека все потаенное, – сказала доктор. – Не беспокойтесь. Мы сохраняем врачебную тайну и все это останется только между нами.

Да, да… Если мордовороты будут пытать тебя, то врачебная этика моментальное выветриться у тебя из головы.

— Я поняла. Это все? Я могу идти? – рассеянно посмотрела я на часы. Спешить мне было некуда, но этот кабинет дико давил мне на мозги. Хотелось сбежать подальше, лишь бы не видеть это чертово кресло, стул и постную физиономию психотерапевта, всласть покопавшуюся в моей душе.