Книга Я переиграю тебя. Реванш, страница 88 – Тори Майрон

— Что ты де… – я не успеваю договорить. Впрочем, как и понять хоть что-либо. Мужские губы налетают на мои и начинают целовать – напористо, требовательно, глубоко, сталкиваясь языком с моим языком, словно для нас это норма.

Я пищу от неожиданности и вбиваю руки в плечи Димы, но оттолкнуть его не удается. Он больше, выше, мощнее и сильнее меня. Одной рукой удерживает меня за талию, вторую запускает в мои волосы и давит на затылок, лишая возможности отстраниться. И продолжает целовать так, как только он умеет. До вспышек перед взором. До дрожи. До разгона сердцебиения и потери земли из-под ног.

Металл кузова холодит мою обнаженную спину, но я почти не чувствую этого, пока горячие губы обжигают мою кожу. Жар растекается по всему организму подобно тягучей сладкой патоке. Разумные мысли разлетаются и, словно воздушные шарики, лопаются, растворяясь в воздухе. Вслед за ними растворяются и мои жалкие попытки прервать поцелуй. С каждой секундой мое и без того слабое сопротивление сходит на нет, из горла вылетает предательский стон, тело расслабляется, и я буквально размякаю в руках Титова.

Ненавижу себя за эту непозволительную слабость. Всей душой ненавижу. Хочу врезать себе со всего маху, чтобы напомнить, с кем именно я сейчас так страстно, самозабвенно целуюсь, но не могу. Ладони будто приклеились к плечам Титова на клей-момент, и оторвать их возможно, только если лишившись кожи. Чего нельзя сказать о его руках. Я даже не заметила, как Дима отпустил мою голову, и теперь свободно странствует обеими ладонями по моим бедрам, талии и выше. Достигает плеч и шеи, вынуждая меня замереть.

Казалось бы, ему стоит всего лишь сжать мою шею и резко повернуть до хруста, и моей жизни придет конец. Щелк – и нет меня. Но Дима не ищет легких путей. Он предпочитает убивать меня медленно своей внезапной, необъяснимой нежностью, когда нащупывает пульсирующую венку, выдающую мое волнение, и начинает бережно водить по ней пальцем, магическим образом успокаивая меня и плавно замедляя поцелуй.

Еще несколько секунд – и Дима прерывает контакт наших губ, но не отстраняется. Соединяет наши лбы и тяжело дышит, а я вторю ему. Мы словно только что завершили забег и теперь пытаемся отдышаться на финише. И к моему превеликому удивлению, у меня получается это сделать первой.

— Что это было? – хотелось задать вопрос сурово, но получилось лишь прошептать.

Дима разъединяет наши лбы и смотрит на меня потемневшим взглядом.

— Хотел задать нужный настрой, – со слабой улыбкой отвечает он, разом понижая накатившую на меня волну возбуждения и скорость сердцебиения. Однако ненадолго. Пульс снова ускоряется, когда Дима добавляет: – И извиниться, – спускает взгляд к моим губам и медленно проводит пальцем по моему подбородку.

— За что?

— За то, что не отреагировал на тебя должным образом.

— А как ты должен был отреагировать? – придаю голосу максимум невозмутимости.

— Как минимум сказать, что ты бесподобно выглядишь, и поблагодарить за то, что хотя бы раз соизволила выполнить мою просьбу.

— Ты не просил, а приказал.

— И данный факт делает твой поступок еще более весомым. Ты ведь могла назло сделать по-своему и вырядиться в спортивный костюм.

Слабо усмехаюсь.

— И чего бы я этим добилась? Ты бы все равно заставил меня переодеваться и снова начал угрожать жизнью дорогих мне людей. Нет уж, спасибо. С меня довольно угроз.