Книга Я переиграю тебя. Реванш, страница 82 – Тори Майрон

Радует, что Дима не продолжает тему, а утыкается носом в шерстку мирно спящего Волчка и произносит:

— Я хочу оставить его.

— Серьезно?

— А что тебя так удивляет? Я всегда мечтал о собаке.

— О двух собаках, – какого-то черта поправляю его, и сама удивляюсь, что помню об этом.

— Все верно, – соглашается. – Пусть первым будет Волк, или у тебя уже были варианты, кому его отдать?

— Нет, я еще даже не думала об этом.

— Ну вот… Я избавил тебя от лишних мыслей.

— Зачем тебе собака? Ты же дома практически не бываешь, а животному нужны внимание и любовь. Хочешь, чтобы он целыми днями был один и тосковал по тебе?

— Прям как ты? – не сдерживается от еще одной тупой шутки Титов.

— Очень смешно. Сейчас обхохочусь. Я вообще-то серьезно с тобой разговариваю. Животное – это большая ответственность. Считай, лайтовая версия ребенка. И если ты не сможешь посвящать ему должное количество времени, то зачем оно надо?

— А с чего ты решила, что я не найду на него время? Когда есть желание, время – не проблема. А желание появляться дома чаще обязательно появится, если я буду знать, что меня кто-то с нетерпением ждет.

Слова Димы ненароком вытягивают из памяти недавние слова Лебединского.

«Уверен, ему уже надоело каждый день возвращаться домой и видеть твою недовольную физиономию. Наверное, поэтому и работает днями напролет, чтобы не портить себе настроение.»

Выделить текст.

Удалить.

Да, точно удалить.

Мысленно выполняю эту задачу, не желая думать об этом сейчас. Концентрируюсь на фильме. С трудом, но получается. Время от времени лишь отвлекаюсь на раскаты молний, шум ливня и сильные порывы ветра, сильно склоняющие деревья. Но все это не пугает.

Огни елки, новогодний фильм, приятный запах еды и мерный треск поленьев в камине действуют на меня убаюкивающе. Я вытягиваю ноги, прижимаюсь спиной к дивану и, несмотря на компанию Титова и неунимающуюся грусть в груди, постепенно расслабляюсь и засыпаю прямо в сидячем положении. А когда просыпаюсь, понимаю, что лежу рядом с чем-то горячим и большим.

Мозг отказывается работать на полную мощность, поэтому я раскрываю веки лишь наполовину. Однако этого хватает, чтобы увидеть, что я валяюсь среди подушек, прижавшись вплотную к Диме. Одна моя нога перекинута через его бедра, а голова уместилась на его груди, на которой с другой стороны по-прежнему спит Волчок.

Первая реакция тела – отодвинуться, вскочить и уйти от Титова как можно дальше, но тихий, умиротворяющий голос действует на меня как заклинание «Империо»: [Прим.автора: заклинание из Гарри Поттера, которое позволяет управлять противником, полностью подчинить его.]

— Тихо, расслабься и продолжай спать.

Мужская рука неспешно проходится по моим волосам и спине. Вверх-вниз. Туда и обратно. Безостановочно и так приятно, что, кажется, будто все мое тело накрывает теплым, нежным покрывалом. И я начинаю понимать Волчка, когда как по волшебству расслабляюсь и мгновенно забываю о порыве куда-либо сбегать.

Сегодня… Только сегодня я позволю себе забыть обо всем. Всего на одну ночь. А завтра все вернется на круги своя.

Поддавшись слабости, вдыхаю знакомый Димин запах, впитываю жар его кожи, и остатки сил покидают организм. Веки наполняются тяжестью, разум застилается сонной дымкой. И я даже не в состоянии определить, слышу я последующие слова во сне или наяву?