Книга Я переиграю тебя. Реванш, страница 207 – Тори Майрон

Пока мы едем в компании оставшихся двух машин в неизвестном мне направлении, в темном небе грохочут взрывы и падают горящие детали самолетов и ракет. С таким сопровождением не то что сохранять спокойствие невозможно, а с легкостью можно схлопотать контузию.

Сколько людей погибло на автостраде? Сколько судеб оборвалось? И снова из-за разборок Десятки. Когда же это все кончится? Когда? Невыносимо!

— Господин Титов, Оскар сообщил, что впереди дорога перекрыта знаками «ремонтные работы» и несколькими машинами, – держа телефон у уха, осведомляет водитель, и меня снова сотрясают громкие звуки взрывов. – Машины обезврежены, – тут же произносит водитель, и Дима одобрительно кивает.

— Отлично. Объезжайте все и продолжайте ехать, – приказывает и, заметив мой ошарашенный, вопросительный взор, поясняет: – Нет там никаких работ, Роли. Дороги, ведущие на место встречи Совета, часто перекрывают. В целях безопасности. Сейчас не исключение, – рассказывает он, продолжая поглаживать мою руку, а затем отвечает на очередной вызов. Несколько секунд молчания, и Дима вместе с водителем одновременно озвучивают:

— Гордеев прямо по курсу.

Взрыв! Взрыв! Взрыв!

На сей раз не наяву, а в моем сердце. Больно – жутко. Страх достигает апогея, начиная превращаться в панику. Едва слышу Димин голос от мощного стука в ушах, но вроде он произносит:

— Понял, действуйте по плану.

А сразу после раздается новая череда взрывов. Они гремят дальше от нас, чем предыдущие, однако действуют на меня в стократ мощнее. Я едва не умираю морально. Закрываю глаза, прижимаю руки к ушам и сжимаюсь, будто пытаюсь спрятаться от страшного кошмара, который не хочу принимать.

— Каролина.

Мужской голос зовет меня, но я не реагирую.

— Каролина.

Сильные руки вынуждают меня разогнуться и убрать ладони от ушей. Звуки безжалостной реальности тут же бьют по барабанным перепонкам, и я морщусь.

— Каролина, открой глаза и посмотри на меня. Пожалуйста.

Пальцы нежно проводят по моей щеке, побуждая меня раскрыть веки. Дима смотрит сосредоточенно, оценивающе, словно пытается понять, все ли со мной в порядке.

Но я в порядке. Физически. Морально же на грани срыва.

— Все?.. Все закончилось? Он… мертв? – спрашиваю еле внятно. Язык отказывался четко задавать вопрос, от которого вся кровь стынет в жилах.

— Нет, Влад еще жив. Мои люди просто взорвали старый заброшенный мост, чтобы преградить Владу дорогу.

Шумно выдыхаю. То ли от облегчения, то ли от нового наплыва страха – ничего не закончилось. Кошмар продолжается. И дальше ко взрывам добавляются резкий шум тормозящих колес и звуки выстрелов.

Я снова сжимаюсь, пригибаю голову, напрочь не думая о том, что машина пуленепробиваемая. Инстинкты бегут впереди мозгов. Лишь рука Димы, прижатая к моей спине, помогает слегка поумерить панику и оглядеться.

Оказывается, наш водитель и охранники из двух других машин уже вышли на улицу и вступили в перестрелку с людьми Влада. Вдалеке виднеется огромный столб дыма и ненавистный мне огонь, озаряющий темное вечернее небо.

— Мне нужно выйти, – сообщает Дима, и я со всей силы сцепляю пальцы на его предплечье.

— Нет! Не надо! Там же опасно! Разве они не справятся сами? – только произношу этот вопрос, как один из наших людей падает замертво, и я вскрикиваю: – Боже!