Книга Я переиграю тебя, страница 46 – Тори Майрон

— А как они пахнут?

— Запах – главная особенность этих свечей. Каждый человек ощущает его по-своему. Мне казалось, что они источают запах клубники, а чуть позже – карамели. Моя жена ощущала цитрусовые ароматы. Что будешь ощущать ты, я не знаю.

— Ты меня заинтриговал. Зажигай. С удовольствием понюхаю. Надеюсь, они не будут пахнуть для меня коровьим навозом.

— Нет, – смеётся. – Только если ты не обожаешь этот запах. Свечи источают только то, что ты любишь больше всего на свете.

Не особо верю словам Богдана, ведь это попахивает какой-то магией, однако мой скептицизм длится совсем недолго. Стоит массажисту зажечь свечи, а комнате – за считаные секунды наполниться моим любимым запахом свежескошенной травы, как я несказанно удивляюсь.

— Вау, я в шоке, – бормочу я, будучи впечатанной лицом в отверстие стола. – Как они это делают? – спрашиваю, но не слышу ответа, делая ещё один глубокий вдох и вбирая в себя травянистый запах.

В детстве я всегда зависала в нашем саду, когда садовник косил газон, чтобы наслаждаться этим ароматом. И сейчас свечи в точности копируют его. А чуть позже, когда мужские руки накрывают мою спину и приступают к массажу, в травянистом запахе проступают кисловатые нотки лайма, который я тоже обожаю.

— Это бомба-а-а, – мычу я, но на сей раз слышу, как мой голос отдаётся эхом, а пол перед глазами расплывается. Мелкая, разноцветная плитка будто начинает двигаться, выкладываясь в новый орнамент, словно я смотрю в калейдоскоп. Но это почему-то не пугает и даже не напрягает, а погружает мой разум в состояние эйфории.

Что за приколы? Эти свечи точно не наркотические? Иначе как ещё объяснить, почему мозг будто освобождается от груза хранящейся в нём информации, а я начинаю ощущать себя лёгкой, словно пёрышко. Боль в мышцах притупляется, а рецепторы, наоборот, становятся более чувствительными к прикосновениям. Я начинаю чувствовать каждое массирующее движение Богдана более остро, и это… Э-эм… Возбуждает.

Привет, приплыли. Это ещё что за дела такие? Это ненормально. Совсем ненормально. Но пока мужчина умело мнёт мою спину, плечи, шею, руки, низ живота ощутимо напрягается, а мурашки расползаются по всей коже. Кажется, они покрывают даже кончики пальцев и стопы. Мерное биение сердца стучит не только в грудной клетке, а будто в каждой клеточке тела. Как такое возможно? Не понимаю, но это до безумия озадачивает. Но не более. Нет никакого страха или желания сбежать. А даже если бы и было, то я не смогла бы этого сделать. Тело совсем разморило, мышцы превратились в вялые тряпочки. Мне так сладко, тепло и приятно, что я больше не могу ничего сказать от кайфа. Даже когда Богдан перемещает свои волшебные руки по пояснице всё ниже и ниже, отодвигает полотенце и вдруг целует меня в место укуса на попе, во мне не появляется и тени шока. Сил удивляться и негодовать просто нет. Я даже не могу нормально пошевелить языком. Как и сообразить, что сейчас происходит какой-то лютый трэш, выходящий за все рамки допустимого. Просто мычу и что-то бубню, всё вдыхая и вдыхая благовоние, исходящее от свечей. Теперь они пахнут не травой и не лаймом, а более терпким запахом с лёгким шлейфом мускуса и бергамота. Пленительным. Мужским. Сексуальным. И чертовски знакомым.

Титов.