Книга Потусторонняя Академия. Охота на демонов и сундук мертвеца. Часть 2, страница 60 – Ксения Кантор

— Зачем это все, Стефан?

— Хочу просто поговорить с тобой как союзник. Это несложно. Например, я спрашиваю – что ты планируешь делать на каникулах? А ты отвечаешь…– я сделал паузу, предоставляя ей возможность вступить в диалог.

— Мы с Марселем и Софией планируем посетить Глиссен. Говорят, в январе там полно снега, а мы очень соскучились по сугробам.

— А еще термальные источники, катание с ледяных вершин и огромное количество пабов с горячей гундосиной.

— Все-то ты знаешь, – улыбнулась она, кажется, напряжение начало отступать. – Как бы то ни было, хочется отвлечься от работы и учебы.

Принесли заказанную еду, и на некоторое время пришлось отложить разговоры. Украдкой разглядывал ее. Платье мягко облегало фигуру, подчеркивая точеные формы. Белый цвет наряда спорил с откровенностью кроя и глубиной декольте. Невинность и соблазнительность, скромность и развратность, ангельское личико и тело куртизанки – все в ее внешности провоцировало, возбуждало, манило. Сильнейшее желание обжигающей плетью лизнуло спину и кинулось вниз, туда, где и так весь вечер было жарко.

Лекси первой прервала затянувшееся молчание:

— У тебя есть такие темы, которые ты не можешь ни с кем обсуждать?

— Конечно.

— Например?

Моя одержимость тобой. Но вслух сказал:

— Котарсисы.

Она фыркнула и погрозила пальчиком:

— Это не считается. Их ты можешь обсудить со мной, Ринхольдом и друзьями, они ведь тоже в курсе. Я про совсем личное, откровенное, запретное.

Окинул собеседницу внимательным взглядом и вдруг понял, ей самой не терпится что-то обсудить. А потому сказал прямо:

— Переходи уже к делу.

Она отложила столовые приборы и сделала большой глоток из бокала. Наверняка, для храбрости. Я аж замер от любопытства.

— Ладно, ты прав. Меня мучает один вопрос…насчет ректора. Ты замечал в его поведении нечто странное?

— Что именно?

— Видел когда-нибудь с девушкой? – выпалила она и, кажется, сама испугалась своей откровенности. – Не подумай, я не хочу лезть в чужую жизнь, но так случилось, что надо.

— А ты про это…значит тоже догадалась? Себастьян всегда был таким, девушки его не особо интересовали. Но это нисколько не мешает нам дружить. Мы даже в шутку прозвали его Звездочетом.

При упоминании о шуточном прозвище собеседница внезапно оживилась. Хм…к чему бы это?

— Почему Звездочетом?

— Помнишь легенду про Астрариум?

Алекса кивнула, и я пояснил:

— Как это часто бывает, часть правды утаивается или теряется. Полная версия легенды гласит, что Звездочет заморил поклонницу не из вредности или кровожадности. Его просто вообще не интересовали девушки. Так-то!

— Кошмар, Армариус – алкоголик, а Звездочет предпочитает мужчин. Оказывается, у Аспиратус гораздо больше общего с моим миром, чем казалось ранее.

— А чем вызван твой интерес к ректору?

— Понимаешь…тут такая история…

— Можешь говорить со мной откровенно, обещаю, это останется между нами – и в который раз напомнил, – мы ведь союзники.

— Дело в том, что, кажется…ректор и Марсель сдружились.

Мои брови метнулись к потолку. А кусок пошел не в то горло. Прокашлявшись, все же решил уточнить:

— Ты уверена?

Себастьян закрутил со студентом? Тут же вспомнился разговор с Зафиром насчет Софии. Неужели друзья решили ударить по растлению студентов? Мда…а началось-то все с меня. Дурной пример, как известно, заразителен.