Онлайн книга «Потусторонняя Академия. Охота на демонов и сундук мертвеца. Часть 2»
|
Главу рода Лански похоронили с полагающимися почестями. Пресса еще неделю гремела насчет зверской расправы, строя свои предположения и припоминая покойнику, как хорошее, так и плохое. К слову, последнего было больше. Лекси. Известие о смерти отца Яна и Лукаса потрясло всю Академию. Я знала Лански-старшего недолго и не сказать, что с приятной стороны, однако все же его было жаль. Слухи о страшной расправе мгновенно распространились среди студентов. Об этом шептались на каждом углу, и только ленивый не строил предположения, кто убийца. Что касается меня, то я искренне соболезновала братьям. Но на этом история, как и слухи, не закончились. Едва стали известны подробности завещания, столица вновь взорвалась пересудами и толками. В завещании Альберт остался верен себе, назначив сыновьям лишь ежегодное пособие, а все свое состояние завещал некой Клариссе Энье, с которой, как выяснилось, у него народилось трое детей. Надо ли говорить, что пресса с новым воодушевлением накинулась на эту новость. Поскольку дети от этой связи – незаконнорожденные, в случае смерти отца, они не могли претендовать на большую часть наследства, по законам империи она принадлежала законным наследникам. Но глава рода легким росчерком стилуса распорядился по-своему. Ян не собирался мириться с таким положением дел и обратился в суд, желая оспорить завещание. Как оказалось, на это у него были веские основания. Ведь Лански – род с многовековой историей и его состояние скоплено отнюдь не одним лишь Альбертом, а следовательно он не имел права так легкомысленно им распоряжаться. В общем пока Ян рвал и метал, проклиная папашу на чем свет стоит, Лукас тихо страдал. Но больше всего меня поразила София. Столкнувшись с ней в общаге, удивилась сверткам покупок и безоблачному выражению лица. На мой недоуменный взгляд, сестра философски изрекла: — Всеобщий траур вроде не объявляли, – и внезапно припечатала, – а ты лицемерка. Не делай вид, что тебе жаль Альберта. Давай будем откровенны, он был злобный, мерзкий и даже после смерти умудрился сделать гадость родным сыновьям. Что ж, видимо, ее тоже не обошли стороной гадости Альберта. Но все же… Постепенно шумиха вокруг Лански пошла на спад. Новостей насчет расследования не было, а если у следователей и появились зацепки, они предпочитали держать их в тайне. Стефан тоже отмалчивался, но я знала, этому делу он посвящает довольно много времени. Видимо, не хотел меня пугать и тревожить. Коль скоро так, к началу апреля о смерти Альберта практически никто не вспоминал, разве что близнецы. Однако это не помешало Яну отправиться вместе с другими «избранными» на огневую практику. * * * Во вторую неделю апреля нас переправили на полигон. Впереди простиралась поистине чудовищная полоса препятствий – рвы, наполненные грязью, почти отвесные стены, имитирующие скалы, двигающиеся платформы и молотящие по ним отбойники. Обалдевшие студенты в ужасе оглядывались по сторонам. То и дело слышались проклятия в адрес авторов столь изощренных снарядов. Эх, знали бы они, что один из них затесался в их ряды. Всего из Академии приехало пятьдесят ПАУКов – по десять с каждого курса. Столько же приехало ВАТников. Когда на полигоне выстроилось сто кадетов, получилась настоящая армия. Кошмар! Ума не приложу, как легионеры с такой толпой справятся. Самоубийцы, не иначе. |