Книга Потусторонняя Академия. Огненная Лекси и Адские гонки. Часть 1, страница 250 – Ксения Кантор

— За тебя подруга, – тихонько шепнул Марсель. – Благодарю за котарсисов, тетради Овербаха и неуемную энергию. И как бы я без тебя тут жил?

— Умер от скуки, – не сдержавшись, чмокнула партнера в щеку. Марсель для виду поморщился, но я знала, он искренне мной дорожит.

Разглядывая сидящих за столом друзей, подумала, что с каждым меня связывают ценные моменты. Даже с тихим здоровяком Ларсом, чего только стоят его взрывы в алхимической лаборатории!

Этим вечером даже хозяин заведения сделал исключение и закрыл ресторан на час позже. Вывалились мы порядком пьяные и бесконечно счастливые.

Ребята отправились в Академию, а я под их заинтригованные взгляды поймала авис и назвала адрес Стефана. Даже не смотря на зарядивший летний дождик, сегодня хотелось обнять весь мир, но особенно одного любимого дракона.

Стефан де Тьерри.

— Друг, я беспокоюсь.

Зафир не сводил с меня внимательного взгляда. Я позвал его утром, как только проводил Алексу. Хотелось поделиться, больше не мог носить этот груз в одиночку.

— Привязка почти состоялась, – процедил я, и каждое слово камнем падало на пол. – Я прошел сильные эмоции. С Алексой их было хоть отбавляй. Затем спасение. Так вышло, что я спас ее дважды. И сейчас я на третьем – если помнишь, это физическая близость. И здесь у нас все идеально. Мне едва удается сдерживать зверя…чтобы не зачать с ней ребенка.

Аль-Касими выглядел встревоженным не меньше моего.

— Я правильно понял – ты не хочешь привязки?

Я кивнул. Друг шумно выдохнул, и, хотя очень старался контролировать эмоции, от него явственно исходили волны неодобрения.

— Мне нужно порвать с ней.

Если бы она не была человеком, не задумываясь, надел на запястье брачные браслеты. Таких девушек не отпускают. Их берут в жены, о них заботятся и любят. И будь уверен, она станет лучшей любовницей, подругой, союзницей, с кем всегда будешь чувствовать себя нужным, найдешь понимание и поддержку после самых адовых дней. И с ней никогда не заскучаешь. Не станешь искать темы для разговоров, они найдутся сами. Даже молчать с ней будет не в тягость.

Но она была человеком. А значит, у нас будет пятнадцать, максимум двадцать лет совместного счастья, а потом неизбежное. Я видел такое. И не хотел для себя.

Но понимал. Даже спустя годы буду тосковать, хотеть ее, вспоминать весёлый нрав, даже упрямство и дурь, коих в ней было хоть отбавляй, в каждой встреченной девушке искать ее черты. И буду до скрежета зубов ревновать, когда она найдет кого-то подходящего.

Слишком много «но». Хотелось выть, а еще лучше напиться и вытеснить из груди чувства. Жизнь без Алексы представлялась исключительно в мрачных тонах. О звере и говорить нечего, едва поняв мое решение, он рвал и метал, бередя и без того ноющее сердце.

— Ты даже мысли не допускаешь…

Упреждая следующие слова, я отрицательно покачал головой. За последние недели мыслей было много. Разных. Дурных, отчаянных, злых и колючих. Они хлестали хуже звуковых бомб, то оглушая болью, то повергая в пустоту. Но эта задача имела слишком много переменных и очевидный ответ. Поэтому стала аксиомой. Мы должны расстаться. Точка.

Зафир с силой сжал подлокотники кресла и нахмурился. Понимал, что переубедить не удастся. А помочь невозможно. Только поддержать, но именно и в этом заключалась проблема. Похоже, друг категорически отказывался принимать мое решение.