Книга Потусторонняя Академия. Огненная Лекси и Адские гонки. Часть 1, страница 172 – Ксения Кантор

Мозги вскипели в первую же минуту, но суть я уловила. Кибербаги что-то типа механических жуков, которые могли проникнуть в разлом и стянуть его изнутри. Таким образом время ликвидации существенно сокращалось.

— Звучит круто! Марсель, если удастся довести проект до конца, это очень поможет легионерам. Другой вопрос, возможно ли это сделать в условиях академической лаборатории?

— Не очень, – признался он. – Я пока занимаюсь электроникой. Когда дойду до корпуса, тогда и придумаю что-нибудь. Тебе не стоит переживать, главное – у нас есть проект!

Поздравив друга с многообещающей разработкой, я хлебнула шипучки за удачу и впервые с предельной ясностью осознала, что дороги у нас будут все-таки разные. Как бы печально это не звучало. Я пока не стала говорить Марселю, что не примкну к его проекту с кибербагами. Сколь бы заманчиво не звучало предложение, все же про себя однозначно решила – найти что-то свое.

В комнатах мы очутились далеко за полночь. Благо сегодня коменданты смотрели на нарушение дисциплины сквозь пальцы. Понимали, после огневой практики паукам как никогда необходимо погудеть.

Стефан де Тьерри.

Судя по зеленым физиономиям студентов, традиции Академии оставались незыблемы. Вчера упились не только вернувшиеся с практики студенты, но и их товарищи. Подумав, принял верное решение не трогать сегодня Вишневскую. Зная ее неугомонную натуру, легко догадаться, вчера девушка тоже гуляла до победного. Сегодня пусть отдыхает, а поговорить успеем и завтра.

Миновал свой кабинет и направился прямиком к Аль-Касими.

— Ты знал! – с ходу обвинил я.

Друг сделал вид, что испугался, и в притворном ужасе вскинул ладони вверх.

— Ты знал, что Вишневская сильный интуит, и ничего мне не сказал. Теперь понятно, почему ты отказался аннулировать ее тест и ко всему прочему сбагрил на охоту за демонами. Предатель, – мстительно закончил я, хотя вовсе и не злился на друга. Но устроить выволочку стоило.

— Догадывался, – уклончиво ответил магистр и на бородатом лице мелькнула хитрая улыбка.

Вот интриган! И все же догадывался он не обо всем. Например, любопытный способ Алексы делиться видениями, уверен, вне зоны его проницательности.

На следующий день пришла весточка от Себастьяна. Открыв сообщение, я обнаружил свежий выпуск «Вестника» и уткнулся в выделенный фрагмент текста:

«Жил-был герцог Пуговка. Каждый день он застегивался на 400 пуговиц, чтобы ни одна слабость или вольность не просочилась наружу. В общем, он был так строг с собой и со всеми, что его побаивалась даже сама строгость, не говоря уже обо всех остальных. А потом случилось непонятное, одна девочка совсем его не испугалась и даже принялась дразнить. Он решил разобраться и заставить ее бояться. А в процессе так увлёкся, что напрочь позабыл о пуговицах. И выяснил, что так гораздо удобнее, а рядом с девочкой ещё и веселее».

Это про меня что ли? Герцог Пуговка? Серьезно? Глянул на свой гражданский китель, в данный момент висевший на плечиках, и невольно нахмурился. Надо же такое выдумать! Кто эта «девочка, которая не боялась герцога» тоже догадался сразу. Представляю, как веселился ректор, читая заметку. Даже не поленился, прислал для ознакомления. Понятно, мстил за гогот над своей «сказкой».

Кстати, об Алексе. После занятий студентка словно сквозь землю провалилась. Сторожевые у ворот донесли, она отчалила на эрусе в город. Избегает? Едва ли, не в ее характере. Невольно вспомнился поцелуй и ураган эмоций, захвативший мня в тот момент. Сам того не замечая, с такой силой сжал стилус, что он сломался пополам. Очнувшись, полез за новым, но так и не взял. Из открытого ящика стола на меня смотрели фото. Те самые. Вытянул первую попавшуюся с поцелуем и замер. Во время неудавшегося ареста Вишневская намекнула, что на снимках не она. Тогда кто? Цепким взглядом принялся изучать снимок и почти сразу наткнулся на любопытную деталь. И без того коротенькая юбка девушки слегка задралась, приоткрывая взору рисунок. На первый взгляд можно принять за тень. Однако, если присмотреться… по коже вилась едва заметная линия, огибая ногу и обрываясь на бедре, в виде стрельчатого наконечника. Поразмыслив, вдруг понял, это – не что иное, как окончание драконьего хвоста, а сама линия – драконий хвост, уходящий вверх под одежду. Восстановил в памяти ночи, когда видел Алексу в пижаме. Ничего подобного на теле девушки не было. Я бы точно заметил. И в этот момент я вдруг почувствовал огромное облегчение. Значит и правда, в объятиях Данте вовсе не Вишневская. По сему выходит, есть вторая Греза, скорее всего напарница. Зная Данте, такое вполне возможно, он еще тот страховщик.