Книга MAYDAY 2, страница 87 – Ксения Кантор

Не намек, щедрая оплеуха.

Осмысливая слова командора, она чувствовала трещины. Мелкие, беспощадные, они расходились по всему телу, крошили ткани, сосуды. Ломали ее на множество осколков. Она только-только привыкла к «Аргону», нашла команду, друзей. А теперь снова переезд, неизвестность, новые испытания.

— Я никуда не поеду!

— Это вопрос решенный. Послезавтра в «Протон» отправляется колонна с продовольствием. Солдаты доставят вас до пункта назначения.

— Значит, вам придется связать меня и закинуть в кузов.

По лицу мужчины прошла тень.

— Довольно! Вы возьмете брата и послезавтра в одиннадцать вечера будете стоять у ворот. С вещами. Ах да, щенков тоже забирайте. Раз они вам так дороги.

— Думаете, можно вот так просто вышвырнуть неугодных людей? Как мусор?! Кем в себя возомнили?! Богом? Императором?

— Еще одно слово и окажетесь за воротами немедленно!

И он не шутил. Это читалось во взгляде, напряженном теле, ожесточившемся лице.

Оставалась последняя надежда.

— Мы можем… просто забыть о произошедшем?

— Нет. Своим детским митингом вы подписали себе приговор.

Встретившись с жестким взглядом командора, девушка почувствовала, как на смену страху внутри гигантской волной поднимается злость. Бездушный, одержимый властью тиран. И как она могла видеть в нем хоть что-то, кроме жестокости? Наивная, слепая дура. А он просто…

— Мудак!

Она это сказала вслух? Похоже на то. Ну и пусть. Плевать. О да, какое клевое чувство. Она сбежала из Кремля, она выжила в плену, она смогла перечить тирану. Что дальше? Ну давай, Вселенная, удиви! Что дальше, полчища зараженных? Насмешила, и с этим справлюсь! Не впервой. Придумай, что посложней!

Долго просить не пришлось, через секунду ее прижали к стене. Марк резко вздохнул, отчего крылья носа стали жесткими, точно камень, как и все лицо. Медленно, так чтобы она точно все расслышала и поняла, мужчина процедил:

— Никогда не смей так говорить.

В его глазах бушевало синее пламя. От каменного торса веяло опасностью. Мышцы на шее напряглись, мощные плечи вздыбились так, что их контуры стали резкими и устрашающими. Его ладони находились в паре сантиметрах от ее лица. Командор мог запросто свернуть ей шею, но почему-то медлил.

— Ты поэтому сбежала из Кремля? Подняла мятеж или достала всех до чёртиков своими выходками?

Ее глаза распахнулись от неожиданности. Девчонка явно не ожидала, что он в курсе побега.

— Это не ваше дело… – прохрипела она.

И когда, казалось, больнее быть не может, в нее тысячью иголок вонзились слова:

— Чтобы ты знала. Вскоре в «Протон» переедут все кремлевцы. Так что у тебя будет возможность лично встретиться с бывшими коллегами.

И хотя решение о переезде еще не принято, он намеренно усиливал натиск. Чувствовал, от чистосердечного признания его отделяет шаг.

* * *

Огненной волной ударило наотмашь. Разорвало, обожгло. Трещины окончательно лопнули и разлетелись на тысячи ошметков. Из глаз неконтролируемым потоком хлынули слезы. Потекли по щекам, заструились по его пальцам, сжимавшим горло. Она не сопротивлялась, даже не пыталась вырваться, только в ужасе смотрела в полные ярости голубые глаза.

Резко разжав пальцы, Марк выпустил из захвата шею и отошел к окну. А девчонка медленно сползла на пол.

— Ушла! – не оборачиваясь рявкнул он.