Книга MAYDAY 2, страница 265 – Ксения Кантор

Так и сейчас, стоило пронзительному взгляду пройтись по ее телу, как Кристина мгновенно считала настрой супруга и прикусила губу. Теперь в серебристом отражении зеркала виднелась одурманенная незнакомка с поплывшим взглядом и вмиг потяжелевшим дыханием.

— Как твой день?

— Непросто. Рассказал команде о ближайших планах.

— Ооо, – она точно знала, о чем он говорит, а потому округлила глаза. – Представляю.

Марк подкрался неторопливо, почти лениво, как хищник, заранее уверенный в своей победе. Приблизившись вплотную, провел кончиком носа по ее виску и приглушенно спросил:

— Какие планы на вечер?

Ни тон, ни вроде бы невинный вопрос ее ни капельки не обманули. Кристина попыталась мягко отстраниться. Но не тут-то было.

— Убегаю через пять минут.

— Исключено, у меня к тебе срочное дело, безотлагательное.

— У меня стрижка!

Крепкие пальцы тотчас захватил пепельные локоны, сделал один оборот вокруг ладони, второй и уперлись в затылок. Чуть потянув вниз, так чтобы ее губы оказались в полном доступе, Марк негромко резюмировал:

— Идеально. Стрижка отменяется.

Пока Кристина ошеломленно хлопала ресницами, до слов дело не дошло, ее губы накрыли горячим, фантастическим поцелуем. Изнывая от предвкушения, она гладила ладонями мощные плечи, зарывалась в темные волны волос и простонала в его губы, когда Марк с силой сжал ее талию и рывком притянул к себе, впечатывая в каменный торс.

Жаркий поцелуй чуть было не перерос… но вбежала трехлетняя Марта, и оба родителя со вздохами сожаления оторвались друг от друга.

Уставившись на них ярко-голубыми глазенками, она сердито топнула ногой.

— Кирилл с Соней не взяли меня с собой! Злые, плохие, сами пошли гулять, а меня оставили.

Кристина на секунду представила, какой бой пришлось выдержать брату, и улыбнулась. В кругу семьи Марту редко называли по имени. Ей больше подходили такие прозвища, как буря, ураган, шторм. Ведь в ней бурлили характеры родителей, помноженные на два.

— Милая, это называется свиданием. А там третий – всегда лишний.

Разумеется, она мало что поняла из сказанного.

— Хочу гулять! – взвыла девчушка.

— Хорошо, иди одевайся, а мы с мамой пока… – Марк завис, пытаясь придумать правдоподобное объяснение.

— Тоже будем одеваться, – нашлась Кристина.

Через минуту, дочь умчалась, а ее саму, вопреки прозвучавшим словам, полностью раздели и пришпилили к стене, как глупую, безвольную бабочку. Против чего, Кристина, конечно же, ни капельки не возражала.

* * *

Идти на прогулку все же пришлось. Втроем они неспешно добрались до набережной, в это время пустующей. Впереди, насколько хватало взгляда, вилась широкая прогулочная дорога с подмерзшим снегом, вдоль нее тянулся невысокий бетонный парапет, слева, сбившись в кучки, дремали деревья.

Словно по чьему-то невидимому сигналу, зажглись фонари, подсветив и парк, и дорогу. И совершенно неожиданно повалил снег. Крупные хлопья бесконтрольно летели из низких, мутных туч, закрашивая мир косыми белыми штрихами. Пока Марта с азартом колотила по проталинам, покрытым корочкой льда, тонким и замечательно-хрустящим, ее родители остановились чуть в сторонке. Кристина с легким замешательством рассматривала снег. Так странно, посреди весны вдруг вновь увидеть зиму. Казалось бы, середина марта, ничего не предвещало, и вот опять. Невзирая на разыгравшуюся снежную кутерьму, ей было хорошо. Ведь за спиной стоял ОН и крепко обнимал. Все равно, что монолитная несокрушимая скала, только теплая и укрывающая от любых бурь и ненастий.