Книга MAYDAY 2, страница 221 – Ксения Кантор

В доме она ходила в свитере и штанах, на ночь надевала свою пижаму. Но как-то днем Дэн сильно натопил печь, стало нестерпимо жарко, пришлось переодеться в футболку. Кристина понимала, рано или поздно он бы все равно увидел, но, когда его взгляд скользнул по ее обнаженным рукам и раздалось громкое: «Ни хрена ж себе! Что это, черт возьми, такое?!», невольно спрятала руки за спину. Конечно, он тут же подскочил и принялся шокировано рассматривать многочисленные шрамы. Дэну не сразу удалось сформулировать свой вопрос, если отбросить все междометия и ругательства, то он прозвучал примерно так:

— Как… откуда… почему так много?

И уже во второй раз она принялась пересказывать события, произошедшие после бегства. Начиная с туннеля, который вывел их с братом на Лубянку, заканчивая освобождением из Афимолла и нападением волков. В этот раз он слушал предельно внимательно. И весь рассказ на его лице сохранялось такое ошеломленное выражение, словно он воочию видел все, о чем она говорила.

— Жесть, – выдохнул он, когда девушка замолчала. – Я как будто жуткий хоррор посмотрел.

— Я предупреждала, история не из приятных.

В тот день они проговорили до позднего вечера. В свою очередь, Данила поведал обо всем, что случилось с кремлевским лагерем после той страшной ночи, вплоть до переселения в «Аргон». Так, она узнала, что многие знакомые умерли. Сан Саныч, полковник, Дарья и еще множество людей, которых Кристина так или иначе знала. Ей было невыносимо грустно, но вместе с тем она искренне восхищалась действиями фламмеров, которые не стали доводить ситуацию до критической, рискнули обратиться к Страхову и тем самым спасли еще больше жизней.

После этого они частенько устраивались возле печки и делились друг с другом историями из разных периодов своей жизни. И с каждым днем узнавали друг друга все лучше. Истории Дэна были пронизаны запахом озона, ревом самолетных двигателей и проходили в окружении огромных облаков – пушистых, грозовых, приветливых и не очень. Кристина часто рассказывала о семье, студенческой жизни и летних практиках в больницах. Однажды описала свою «звериную» команду в «Аргоне» и тернистый путь, который ее туда привел. Данила слушал, иногда посмеивался, иногда удивлялся. А в конце подытожил:

— Мы могли бы написать неплохой приключенческий роман. У обоих за плечами столько историй, на тысячу страниц хватит.

— Так напиши, – подначила Кристина и окинула его хитрым взглядом.

— Может быть, когда-нибудь…

В этот момент Данила лежал прямо на полу, закинув руки за голову, и задумчиво смотрел в потолок. Его лицо, подсвеченное отблесками огня, выглядело расслабленным и необычайно мужественным. Кристина в который раз подумала, что он очень красив. Высокий лоб, смуглые скулы и этот его ореховый взгляд… иногда он смотрел так, что перехватывало дыхание. Мягко, с затаённой нежностью, словно обнимал. В такие моменты Кристина чувствовала, как что-то теплое и уютное окутывает ее мягким коконом. И становилось так спокойно, хорошо. И почему в Кремле все было иначе? Если бы Дэн ее тогда не оттолкнул, хоть на мгновение дал понять, что неравнодушен, все могло сложиться иначе.

Если бы… что теперь говорить.

Отведя взгляд, она вздохнула и поднялась.

— Ладно, я спать. А ты пока думай над названием книги.