Книга Любимый злодей, страница 56 – Д. С. Одесса

Демон вместе со своими друзьями или сообщниками отправился за мной даже в Австралию? Почему? Почему меня тенью сопровождают сразу трое мужчин?

К тому же Лекстон, похоже, был более чем удивлен, когда обнаружил нас с Демоном вместе в переулке. Он ничего обо мне не знал. То есть Демон ему обо мне не рассказывал.

После того как мы оставили Брисбен позади, проехав по длинному мосту, внедорожник догоняет нас, моргает ослепительно-яркими фарами и некоторое время едет параллельно с нами. Мы с Демоном одновременно поворачиваем голову в сторону сурового вида автомобиля, из пассажирского окна которого высовывается Лекстон и указательным пальцем делает знак сначала вперед, а затем налево.

Демон кивает и разгоняется по трехполосной городской автостраде, отчего я еще крепче вцепляюсь в его куртку, а уровень адреналина у меня в крови подскакивает до небес. Прохладный ночной ветер кусает голые руки и ноги. На мне явно неподходящий наряд для мотокросса, однако Демон решает устроить что-то вроде небольшой гонки и разгоняется еще сильнее. Он что, с ума сошел?

Сердце бьется как сумасшедшее, как будто я под кайфом. Тем не менее совокупность скорости, мерцающих огней небоскребов и рева мотоцикла дарит бесконечное ощущение счастья, как наркотическое опьянение.

Если он сделает хоть одно неверное движение и мы упадем, я исцарапаю оголенные ноги и руки вдоль и поперек. Поэтому мне остается только слепо доверять Демону, что он не совершит рискованный маневр, который может стоить нам обоим жизни.

Внедорожник догоняет нас, но Демон тут же оставляет его позади и, еще до того как его друзья поворачивают налево, выезжает на шоссе по правой полосе.

Примерно через десять минут он вылетает на проселочную дорогу. Ночное небо впереди затянуто нежно-пурпурной пеленой облаков. Когда мотоцикл останавливается возле стены за пределами зоны видимости камер, из-за густого леса уже пробиваются первые лучи солнца.

Я снимаю с головы шлем и на негнущихся ногах слезаю с мотоцикла. А когда собираюсь пройти мимо него, Демон ловит меня за локоть и разворачивает лицом к себе. Только для того, чтобы поправить мне топ на груди, а пальцами другой руки обхватить мой подбородок. Большим пальцем он поглаживает мои губы так нежно, словно прикасается к ним ртом. При этом до сих пор он даже ни разу меня не поцеловал. В губы.

Сидя на своем темном «Кавасаки», он притягивает меня ближе к себе и прислоняется головой в шлеме к моему лбу.

— Не вздумай ничего вытворить, иначе мне придется снова тебя наказать, понятно?

Я улыбаюсь.

— А что, если мне понравятся твои наказания? –  Ты же не сказала это вслух, Нурия? Иногда мне правда стоит сначала подумать, прежде чем говорить.

— Ты ведь хочешь избавиться от меня, –  доносится из-под шлема его глубокий голос.

Теперь он приподнимает мое лицо за подбородок. Я знаю, что его глаза за стеклом всматриваются в мои, ищут в них ту же одержимость, которую он испытывает ко мне.

— В этом ничего не изменилось.

— Врешь, –  тянет он.

Проклятье. Он видит меня насквозь, но ему не обязательно это знать.

Я поспешно отступаю назад, пока снова не попала в его лапы, хватаюсь за ремешок сумочки и бегу к входным воротам. За спиной раздается рев его мотоцикла, прежде чем он сворачивает на дорогу, и в конце подъездной дорожки его, как черного всадника, поглощают деревья. Еще минуту я слушаю, как его мощный мотоцикл мчится по проселочной дороге. Каким-то образом глубоко в душе я чувствую, что этот вечер что-то изменил. Только не знаю, что именно и нравится ли мне это.