Книга КАТА, страница 119 – Екатерина Ааронова

— Каталея, – тихо сказала женщина, стоявшая надо мной. – Каталея, как себя чувствуете?

— Нормально, – прохрипела я. Горло как будто ободрали изнутри.

— Хорошо, нам надо поставить капельницу.

— Да, – едва выдавила я.

Женщина начала возиться со штангой. Я поняла, что она пришла уже после того, как едва открыла глаза. Изучала белый потолок и ничего не крутилось у меня в голове. Какая-то пустота. Где я? Что я? Почему? Прошло пару мгновений, и я начала осознавать произошедшее. Помню, как перед глазами бегал свет. Кто-то разговаривал. Таким важным, уверенным и быстрым тоном. После чего меня несли. Помню небо. Темное. Оно кружилось перед глазами. А вокруг горели огни. Синие, красные. Была какая-то суета. Потом провал. Это все. А что было до этого? Я вспомнила весь тот ужас.

Предателя, которому так отчаянно открылась. Смерти, которые видела. И, о боже, которую сама принесла. Помню оглушительный удар, за которым последовал мрак. Позже вспомнила шум дороги. Автомобиль, в котором была пассажиром. Но кто сидел за рулем? Я напрягала свою память. Кто-то из моих. Женщина. Такой знакомый, близкий голос. Это была Дарина. Она везла меня. Одну лишь меня. Больше никого. Помню, как она истерила. Кричала что-то, но я едва понимала что. Или просто не помнила. Или просто не имела физической возможности записать это в свою коробочку. Потом снова удар. Шум такой хаотичный. Он напоминал сразу все. И гром, и стекло, разлетающееся вдребезги, и глухой барабан. И только после этого огоньки забегали по глазам.

— Что случилось? – спросила я у медсестры.

— Вы попали в аварию, – сказала она.

— В аварию? – заторможенно спросила я. – А остальные? Где Дарина?

— Не могу ничего вам больше сказать. Вам провели операцию, вы в травматологии. Сейчас вам нужно отдохнуть. Чуть позже придут из полиции.

— Из полиции? – спросила я, но сама же ответила: – А, ну да. Верно.

Женщина покинула комнату. Я лежала в палате не одна. Вокруг были еще кровати. Некоторые пустовали. А на других наблюдала страшные картины. С ужасом могла представить, в каком состоянии сама. Еще почти не чувствовала боли в животе. Но голова раскалывалась. Шея же почти онемела. Хотела было повернуться и тут же ощутила и остальное. От любого движения тупая, противная боль пробегала по телу. А от поворота головы начинало тошнить. Хотелось промочить горло, но я боялась, что тогда стало бы только хуже. Вокруг тишина, нарушаемая лишь работающей аппаратурой. Я могла долго думать и переосмыслять произошедшее со мной, но просто не хотела. Отпустила все мысли. Почувствовала большое облегчение и снова погрузилась в сон.

Проснувшись, увидела подругу. Она сидела у моей кровати. Лицо ее было бледным. Дарина смотрела на меня мокрыми, красными глазами и гладила по руке. Я окинула ее взглядом. Она сидела в инвалидном кресле. Тело ниже пояса пряталось под покрывалом.

— Что случилось? – спросила я.

По щеке ее побежала слеза. Потом другая. Она не успевала их вытирать ладонью. Они все никак не прекращались. Эта картина пугала меня больше всего остального. Я боялась вообразить себе весь ужас, который таился в ее голове. Который вот-вот поглотит и меня.

— Я не смогу никогда ходить, – тихо сказала она.

— Как? – теперь слезы подкатили и к моим глазам. – Что это? Что это такое?