Книга Папа для Тыковки. Вернуть любовь, страница 34 – Яра Саввина, Ирина Агулова

Я должен был сразу догадаться, что слова Макса о том, что между ним и Соней роман – это блеф, больная фантазия завистливого человека. И эта зависть сыграла моей матери на руку. Она умела манипулировать людьми, ловко надавливая на больные места, выставляя то или иное событие в нужном для неё свете. Произошедшее пять лет назад – было её планом, её задумкой, которую она осуществила с помощью двух лицемерных людей, которых мы с Софьей считали своими друзьями.

Я прекрасно помнил, как в то утро ко мне в кабинет влетел Макс, и сходу заявил, что у него роман с моей девушкой, что они любят друг друга, но она не решается признаться мне в этом. А ведь как раз в тот момент, эта стерва Марина показала фотки с «моей изменой» Сонечке и она бежала ко мне, в надежде разобраться. Подобные снимки были приготовлены и для меня, но только в главных ролях были Макс и созданный с помощью нейросети образ Сони. Но они не понадобились. Я оказался слишком ревнивым и без них.

Если бы так вовремя не появилась мать, оказавшаяся поблизости от моего офиса, не знаю, что бы я сделал с Максом. Хотелось стереть с его лица мерзкую ухмылку, заставить его замолчать, чтобы он почувствовал на собственной шкуре ту боль, которую испытывал я. Но мать меня остановила.

Это только теперь, сопоставляя факты, я понимал, что решение Софьи прийти ко мне, чтобы лично разобраться в случившемся, понять, что правда, а что ложь – едва не смешало заговорщикам планы. Она должна была увидеть фотографии и просто уехать. А мне бы в свою очередь потом предъявили фотки с «её изменой», чтобы не искал.

Но моя упрямая девочка сделала всё по-своему. И если бы не моё уязвлённое мужское самолюбие, если бы я выслушал Соню… Этих лет, прожитых впустую, у меня бы не было. Но я оказался слаб. Я поверил женщине, которая меня родила. Поверил её лживым словам… Поверил тому, кого считал другом.

Но вчера всё встало на свои места.

Вспоминая встречу с Софьей, заставившей пересмотреть события прошлого, я вдавливал педаль газа в пол, отчаянно желая до темноты успеть доехать до её дома. Будто неведомая сила гнала меня вперёд, предупреждая о возможных неприятностях.

Тревога невидимым червём точила душу, вызывая сомнения в том, что меня примут. Но я должен попытаться. Особенно после непростых разговоров с теми, кто разрушил моё счастье пять лет назад.

За последние сутки выяснилось много интересного. И то, каким образом появились фотографии, о которых упоминала Соня, созданные умелым айтишником за весьма солидную сумму, и то, почему Макс пошёл на поводу у матери, соврав мне о том, что у него роман с моей невестой.

Перед глазами встала его пьяная физиономия, которую я в очередной раз набил этой ночью, и пришлось съехать на обочину, чтобы не вырвать от злости руль.

Распахнув дверь машины, я вышел и вдохнул прохладный осенний воздух полной грудью. Но его слова, всплывая в памяти, били набатом по ушам, словно я слышал их вживую, здесь и сейчас, а не несколько часов назад в захолустном баре, где с помощью знакомых Матвея отыскал эту мразь.

— Я ненавидел тебя с детства, – орал он мне в лицо, когда я нашёл его ночью. – Ты всегда был успешнее меня во всём. И это твоё сраное благородство, которое так нравилось девкам, бесило до красных точек перед глазами. Бабы улыбались тебе, а не мне, работу предлагали тебе, а не мне. Я был как бесплатное приложение под названием «друг». Тебе всегда доставалось всё самое лучшее. И мне это надоело.