Книга Надежда, Вера и… любовь, страница 49 – Яра Саввина

Даже полный идиот уловил бы в моём голосе угрозу, а Марина Алексеевна дурой точно не была.

Фух, даже полегче стало. А то раскисла, нос повесила. Жизнь прекрасна! И никакие Сухаревы, Сиплые или Марины этого не изменят.

Выйдя из конторы, я вздохнула полной грудью.

— Ты улыбаешься, – заметил Роман, – это радует.

— Погода чудесная, солнышко, тёплый ветерок. Красота.

— Тогда пообедаем на свежем воздухе?

— Хорошая идея.

Небольшое кафе на набережной встретило нас приятными ароматами кофе и выпечки. В это время суток людей здесь было немного и свободные столики отыскались без проблем. Так что уже через пять минут перед нами лежало меню, изучать которое я взялась с особым энтузиазмом, старательно не замечая чрезмерного внимания со стороны Романа.

В этом районе я бывала не часто, так что место выбирал Вяземский. И, стоит отметить, наши вкусы совпали.

— Ты подумала над моим предложением? – спросил он, когда принесли заказ.

— Разве у меня было для этого время? – ковыряясь вилкой в салате, уточнила я. Аппетита после вопроса заметно поубавилось.

— Согласен, времени не было, – не стал спорить Роман. – Но вдруг я очаровал тебя своей харизмой настолько, что решение пришло само?

— От скромности ты не умрёшь, – фыркнула, при этом отметив что, несмотря на ехидную улыбку, глаза мужчины оставались серьёзными.

— О, нет, не мой случай. Ты разве не знала, что рыжие – наглые и беспринципные. Зато хорошие дельцы.

— Пугаешь?

— Разве? Я думал, раскрываю тебе перспективы, – подмигнул он. – Тем более Вера была бы счастлива.

— Какие перспективы? Вяземский, ты наглым образом давишь на меня, манипулируя ребёнком, – возмутилась я. – Это запрещённый приём.

— Согласен, – развёл он руками, – зато действенный. Жизнь маленькой девочки зависит от твоего решения. И моя тоже. Разве ты можешь сделать несчастными сразу двоих? Нет, троих. Себя тоже. Ведь с нами ты будешь счастлива.

— Какое самомнение, – покачала головой.

— Да мы просто созданы друг для друга, – не сдавался он.

— Уверен? – поставив локти на стол, я переплела пальцы, глядя на этого манипулятора, и диву давалась его наглости.

— Абсолютно. Ты уже почти двое суток рядом со мной и нам до сих пор не хочется прибить друг друга. Мало того, мы даже ни разу не поругались.

— Говори за себя, – хохотнула я. – У меня всё чаще просыпается стойкое желание настучать тебе по макушке.

— Вот, видишь, что я говорил, – воздел он указательный палец к небу, – ты уже ко мне неравнодушна, но старательно это отрицаешь.

— Знаешь, Вяземский, ты невыносим, – отмахнулась, приступая к обеду.

— Да, знаю, но я же тебе всё равно нравлюсь? Признайся. Ну хоть немного?

— Ты хитрый и расчётливый лис, – проворчала больше для видимости, поскольку злиться на него почему-то не получалось.

— Точно! – он даже не думал отрицать.

— Но предупреждаю, – произнесла, поддевая вилкой кусочек куриной грудки, выцепив его из общей массы салата, – если будешь продолжать на меня давить, я могу подумать, что ты такой же бесчувственный козёл, как и Сухарев, которому на моё мнение было наплевать. Решать тебе.

— И кто из нас манипулятор? – усмехнулся Роман.

На что я пожала плечами, увлечённо приступая к еде. Пусть знает, что в эти игры можно играть и вдвоём.