Книга Феникс, страница 30 – Иса Белль

— Я больше не приведу тебя сюда, – решил я.

Её дыхание медленно начало приходить в норму, пока я не выпускал её из своих объятий. Руки Авроры обернулись вокруг моей широкой талии лишь на одну минуту, потому что вскоре её телефон запищал и ей пришлось открыть глаза, отстраняясь и вытаскивая его из кармана своей куртки.

— Ты уже в порядке? – спросил я, когда девушка разблокировала свой телефон, и я успел увидеть имя её матери на дисплее, после чего экран снова погас, и Аврора печально посмотрела на меня.

— Ты не отпрашивал меня у родителей, – уверенно произнесла она.

Я тяжело выдохнул.

Когда она спросила меня, я не ответил ей, потому что мне нужно было заслужить её доверие, но. как никак, я всё равно обманул её.

— Они же не отслеживают твои перемещения, не так ли? – спросил я, получив кивок. – И мы же оба знаем, что твои родители никогда бы не отпустили тебя. А спросив их и получив отказ, я бы только запер тебя дома, и мы потеряли бы этот вечер.

Она покачала головой.

— Ты не понимаешь, Доминик. Мне срочно нужно домой. Я потеряла счёт времени с тобой.

Не одна она.

Я тоже забылся. Даже поставил телефон в режим полета, не беспокоясь о том, что Джулия могла потерять меня, потому что она всегда звонила мне по своим утрам, зная, что я работал допоздна.

— Я отвезу тебя домой. Они даже не узнают, – сказал я, мягко коснувшись её руки.

– Они уже знают.

Пробило полночь.

Я кинул ключи на тумбочку рядом с дверью и прошёл по тёмному коридору, замечая тусклый свет в самом конце, означающий, что Джулия сидела в комнате, ожидая, когда я приеду.

Моя голова гудела от непрерывающегося шума, который преследовал меня весь день и я отчаянно нуждался в тишине, которую могла подарить мне моя квартира.

Она была моей ещё до того, как от нашего дома остались одни обломки, и Джулия переехали сюда.

Светлая квартира в стиле модерн в натуральных, пепельных оттенках с мягкими, округлыми линиями стала нашим новым домом. Растительные мотивы, которыми характеризуется данное дизайнерское решение, пришлись по вкусу Джулии. Все комнаты были заставлены её цветами и растениями, и даже то время, что она жила в Калабрии, ничего не изменило.

Она звонила мне и следила за тем, как часто и обильно я поливал каждый её горшок. Это выматывало, и я не понимал, почему ей нравилось заниматься всем этим, но цветы были памятью о родителях и я не думаю, что у Джулии когда-нибудь получится отказаться от этого.

Моё сердце заныло от воспоминаний, но чей-то приглушённый разговор завладел моим вниманием.

— Она невыносима! – завопил мужчина.

Я прислушался, заворачивая в комнату.

— Ох, – вздохнула Джулия.

Она сидела за большим прямоугольным столом из белого дерева, её руки были перепачканы в почве, раскинутой по поверхности, а телефон облокочен на один из горшков, показывая тому, чьё лицо отражалось в нем, её и то, чем она занималась.

— Ты можешь найти подход к любому человеку, – ответила сестра. – Особенно, если это красивая женщина.

— Точно не в этот раз, bambino (с итал. малыш/малышка).

Я усмехнулся.

— Неужели, наконец, нашёлся достойный противник для тебя, Сантьяго, – посмеиваясь, начал снимать пиджак я.

Джулия повернулась ко мне, улыбаясь и пытаясь поправить светлые волосы, падающие на лицо так, чтобы не испачкать его.