Книга Виновная, страница 21 – Карен Робардс

Он больше не смотрел на нее. Все его внимание было приковано к человеку, удерживающему ее.

— Ну да, конечно, — Оранжевый комбинезон неприятно засмеялся и стал подталкивать ее вправо, к дверям в комнаты и охраняемый коридор.

Она спотыкалась в своих невозможных туфлях, и он болезненно потянул ее за собой.

Но это немного ослабило хватку, и она снова могла дышать. Оживившись, Кейт радостно хватала воздух.

— Думаешь, я настолько тупой? Думаешь, я не знаю, что смотрю на свою смерть? — Он дернулся несколько раз, и Кейт чувствовала, как быстро поднимается и опадает его грудная клетка. — Значит так, мне нужен вертолет. Прямо перед этим зданием. У вас пятнадцать минут. Или я убью ее.

— Ты убьешь ее, мы убьем тебя, — сказал коп безразличным тоном. Его смуглое твердое лицо ничего не выражало. Он не сводил глаз с преступника. Пистолет следовал за ними.

— Без вертолета я и так мертв.

— Не сегодня.

К черту сегодня. Мне нужен вертолет, слышите? Или она труп.

Они дошли до двери в охраняемый коридор.

— Открой дверь, — сказал Оранжевый комбинезон ей на ухо. Когда Кейт не подчинилась немедленно, он ткнул дуло пистолета ей в щеку, прижимая кожу. Боль была быстрой и острой. Морщась, она сдавленно вскрикнула и схватилась за ручку, которую видела краем глаза. Она была блестящей, серебристой и, как она обнаружила, когда взяла ее, скользкой под ее потной ладонью.

Не поворачивай ручку. Попробуй задержать его…

— Слушай, — сказала она сухими губами, зная, что это бесполезно, — может мы могли бы договориться…

— Открой эту проклятую дверь. Сейчас же.

— Ай, — Он ткнул пистолетом в ее щеку снова, болезненно ударив чуть ниже скулы.

На этот раз она почувствовала, что кожа рвется. Теплый ручеек ее крови пополз по щеке. Тяжело дыша, остро ощущая твердую вещь у щеки в сочетании с ужасом, леденящим вены, она сдалась.

Напряженность в его теле, быстрое дыхание и обильные выделения тепла и пота, показали ей, в каком отчаянии он был. Если она толкнет его, он убьет ее здесь и сейчас, она была уверена в этом насколько возможно. Двигаясь так медленно, как осмелилась, она умудрилась повернуть ручку несмотря на потные ладони. Неохотно, дюйм за дюймом, она начала открывать тяжелую, металлическую дверь.

— Отпусти ее, и у тебя будут годы впереди, перед тем как ты посмотришь в лицо своей смерти, — сказал коп, так просто, как будто говорил о погоде. Она посмотрела на него умоляюще. Во всяком случае, ничего кроме подергивания ресниц не говорило о том, что он видел ее. Она не хотела даже думать о том, что случится с ней, если Оранжевый комбинезон вытащит ее в эту дверь.

О, Бен!! Мамочка любит тебя, Бен!

При мысли о том, что она больше никогда не увидит своего маленького мальчика, слезы начали жечь глаза.

— Такой умный парень как ты должен понимать, когда ему предлагают кусок торта, — продолжал коп — Ты знаешь, как работает система. С другой стороны, если ты убьешь ее, я гарантирую, ты сам не доживешь до конца этого дня.

— Ты полон дерьма, — сказал Оранжевый комбинезон, и, к ужасу Кейт, открыл ногой дверь до конца. Потом повернулся спиной к коридору, держа Кейт перед ним. — Я не поведусь, амиго. Никаких чертовых вариантов. У вас пятнадцать минут, чтобы прислать вертолет.

Дверь автоматически закрылась прямо перед лицом Кейт. Сердце подпрыгнуло. По спине побежали мурашки. Теперь она осталась наедине с Оранжевым комбинезоном и кем угодно еще, кто мог быть в коридоре. Здесь было очень тихо, так тихо, что она слышала шум вентиляции, звучащей как приборы поддержания жизни тяжелобольного человека. На стене, над дверью, висела камера слежения — или, по крайней мере, то, что от нее осталось. Разбитая вдребезги, и потому бесполезная. Было душно, как в кабине самолета. Сюда допускались только заключенные и судебные помощники, но она очень сомневалась, что сейчас здесь находились помощники — во всяком случае, живые.