Книга Сделка. Я тебе верю, страница 36 – Рина Беж

Заминать назревающий скандал никто не собирался. А я, совершенно дезориентированная, даже не понимала, что говорить в оправдание своего непозволительного распутства.

— Вот так, чтобы избежать последствий незащищенного секса и сохранить дружбу между семьями, как говорится: без меня меня женили, — подвожу итог началу своих злоключений, имитируя улыбку.

Только Тихомиров на это не покупается, как и не старается казаться равнодушным.

Резко подается ко мне.

— В ту ночь он тебя изнасиловал? — от его хриплого голоса по спине бегут мурашки Сжатые челюсти, играющие на скулах желваки, лед в темнеющей синеве.

Настоящий хищник, не скрывающий своей жестокой сути. Хищник, чью безмерную силу я чувствую каждой клеточкой тела.

Чувствую, но не боюсь

— Нет, Ваня. Представляешь. Именно тогда это был розыгрыш, — смотрю ему в глаза несколько томительных секунд, а затем перевожу взгляд на чашку с уже холодным кофе.

Вновь поглаживаю ободок блюдца. Это помогает успокоиться. Хоть немного.

Говорить, что насилие произошло в брачную ночь, когда и вскрылся обман, не собираюсь. По мнению Ярика, он, как новоиспеченный муж, всего лишь пользовался своим законным правом. А то, что я не хотела — обычный страх девственницы.

Стоило лишь потерпеть.

Оказывается, он мне и так на притирку целый месяц давал.

ИВАН

В ту ночь он тебя изнасиловал?

Нет, Ваня. Представляешь. Именно тогда это был розыгрыш.

В голове на повторе звучат обрывки разговора. Но постепенно шелуха отлетает, оставляя под собой неприглядную истину.

Нет. Тогда это был розыгрыш.

Тогда был.

Сука! Кулаки сжимаются до хруста.

А в какой момент гребанный розыгрыш стал реальностью? Что вытворил мажористый говнюк с этой девочкой? Какого хрена так поступил, если она ему нравилась?

Никогда не был слепым. Видел, как Ярик слюни пускал, стоило Даше появиться в поле его зрения. Куда только спесь и замашки циничного ублюдка, делающие парня похожим на его тварь-отца, девались? Он становился почти нормальным.

Теперь понимаю, что только почти.

А в реальности? Каким Шаталов был в реальности? С ней? С женой, которую должен был боготворить и носить на руках?

Мне до зуда под кожей хочется задать все эти вопросы сидящей передо мной блондинке, выяснить правду, которая, как теперь понимаю, сильно отличается от той, что складывалась в моей голове годами.

Хочется так, что распирает в груди, но я не смею. Торможу порыв. Не потому что такой добрый, понимающий и имеющий железные принципы не вмешиваться в чужую семью, а потому что вижу ее глаза. Карие озера боли.

— Твои родители, кхм, — прочищаю горло, чтобы не рычать, а по возможности говорить нейтрально, — неужели они поверили, что ты могла совершить подобный поступок?

И тут же в памяти мелькает прошлое, где я, сидя заграницей, как на цепи, листаю новостную ленту и вдруг натыкаюсь на снимки со свадьбы наследника Шаталовых и наследницы Вукаловых.

Молодые в торжественных нарядах. Он в черном, она в белом. Пара стоит на мосту. Прозрачная фата развевается на ветру. В руках невесты кроваво-красные розы. Ярик по-хозяйски обнимает Дашу одной рукой, другой держит за подбородок.

Они пристально смотрят друг другу в глаза. И кажется, что мелькнет всего одна секунда, как их губы соединятся:

Я помню это фото до мелочей. Несмотря на то, что видел его только один раз, а после к чертям расхреначил телефон.