Книга Сделка. Я тебе верю, страница 20 – Рина Беж

Целиком моей эта принципиальная до мозга костей девчонка так и не стала.

— Головой отвечаешь, — предупреждаю водителя, захлопнув за женой дверь, и даю рукой отмашку, чтобы трогал.

Сую кулаки в карманы брюк и, не спеша возвращаться в зал, провожаю удаляющиеся огни машины взглядом. Стою, когда они растворяются, влившись в поток транспорта на проспекте. И когда сильный порыв ветра взъерошивает волосы. Но приходится отмереть и развернуться, когда за спиной раздается.

— Ярик?

Отделяясь от двери навстречу шагает Ольга

Бледная, взгляд настороженный.

Мысленно ругаюсь про себя.

— Лев Семенович спрашивал, где ты, — начинает она. — И папа хотел сказать тост.

Ну да, конечно! Верю-верю, что дело в отцах, а не в ее дурацкой ревности и стремлении контролировать меня на каждом шагу.

— Я здесь, — говорю нейтрально. — Дашу на такси сажал.

— Мм-м, — тянет, окидывая цепким взглядом окружающее пространство. — А что сама? Не справилась бы?

— Справилась. Она вообще девочка самостоятельная, — проговариваю веско, намекая на некоторых вечно беспомощных.

Достал уже этот контроль!

— Пойдем в зал, Оля, — завершаю разговор и подталкиваю Семенову вперед, сам же еще раз оглядываюсь в сторону проспекта, где уже давно нет машины, в которой уехала жена.

В этот момент я ей даже завидую. Двадцать минут, и будет дома. А мне высиживай обязательную программу. Слушай речи, пей, улыбайся. Банкет только-только подобрался к середине, а мне уже тошно и скучно.

ИВАН

— Хорошая девочка, Вань, — выдает свой вердикт Леся, пока я наблюдаю за тем, как Шаталов сажает в такси супругу.

Дашка изменилась, стала еще краше. На этом ужине затмила всех, правда, ногу натерла. Когда переступает — слегка прихрамывает Наверное, туфли новые надела, не разношенные.

А Ярик, идиот, болтает и болтает, не видит, что она уже еле стоит. Избалованным мажором был, им и остался. Только о себе мысли. Тьфу. И как Дашка в такого могла влюбится?

— ЭЙ, ты меня слышишь? — острый локоток подруги прилетает в бок, а я усмехаюсь, пусть и ойкаю.

Радует меня маневр Дашки и то, что поцелуй Шаталова вместо губ приходится ей в щеку. А еще меня радует то, что она уезжает одна, а не с этим козлом, который совершено не скрывает своей кобелиной натуры.

— Слышу, — заверяю Олесю и тут же переспрашиваю, провожая взглядом удаляющуюся машину — Даша — хорошая девочка? Ты с ней всего ничего общалась, а уже оценить успела?

— А чего тянуть? — фыркает бывшая одноклассница. — Как говорится, рыбак рыбака видит издалека. Или ты сомневаешься, что я — лапочка?

Рихтер наигранно поджимает губы и хмурит брови.

— Упаси меня господь, — тут же открещиваюсь.

— Во-о-от. И не сомневайся дальше. А Даша, правда, хорошая, чувствую. Только очень недоверчивая и будто поломанная... изнутри.

— Почему ж тогда она меня не дождалась и всего через месяц замуж выскочила, раз хорошая?

Уточняю без претензии, просто много лет ломаю голову над этой загадкой и никак не нахожу ответа.

— Может, тоже непредвиденные обстоятельства были... как и у тебя, когда назад в страну не мог вернуться почти полгода?

Пожимаю плечами и рассказываю о том, о чем никогда никому не говорил.

— Ее мать со мной говорила. Рассказывала, что у Даши с Яриком любовь сильная и внезапная возникла. Просила не ломать им жизнь. И за дочь извинялась, потому что та к телефону ни в какую подходить не хотела, якобы боялась, что я буду ее ругать.