Книга Мандаринка для босса, страница 36 – Милана Лотос

— Да, мама, всё именно в таком порядке. Не обольщайся на счёт Павла, тут явно дело пахнет керосином.

— Ну, как знаешь, а на свидание-то кто пригласил?

— Костя. — Расплылась я в улыбке и почувствовала, как сердце часто-часто забилось.

— Ох, дочка. Смотри, как бы ни разбил он твоё сердечко. Плакать будешь.

— Мама, я уже не ребёнок. Я буду аккуратной. И тем более, это просто свидание. Завтра Костя уезжает, и мы с ним теперь увидимся только после праздников, на работе.

— Хорошо. Хорошо. Я тебя предупредила. — Налила в кружку молока и поставила передо мной. — Ты к тётке Глаше заходила?

— Тьфу ты. Забыла. — Сделала глоток молока, поднялась и пошла в прихожую. — Я быстро, одна нога здесь — другая там.

— Иди уже.

Дом тётки Глаши находился совсем рядом. Через два дома, после нашего. Помню, в детстве, когда мама задерживалась на работе, я приходила к соседке и оставалась у неё. Меня кормили, поили, делали со мной уроки до прихода мамы. Тётка Глаша была хорошей и доброй. Мужа у неё не было, только дочь и парочка внуков. Да и те жили в другом конце города и редко её навещали. Вот это и обижало, женщина была уже не молодая.

— Тёть Глаш! Вы дома? — Крикнула я, находясь у ворот старого покосившегося заборчика. Тишина. Может, спит. Послеобеденный сон — обязательная процедура для всех, кто плотно поел и никуда не торопиться.

Открыла калитку и вступила на узкую тропку, ведущую к дому. Снег здесь давно никто не чистил, а вытаптывался валенками. И судя по засыпанным следам, из дома не выходили как минимум сутки.

Родственники, видимо, опять не приезжали, а ведь сейчас новогодние праздники идут. А это как все знают, самый семейный праздник, жаль, что тёти Глаши это не касалось. Хотя, мне кажется, мама Новый год отмечала с соседкой.

Постучалась, в жутком предчувствии и снова позвала женщину.

— Тётя Глаша! Это Маргарита, ваша рыжая соседка. — Дёрнула дверь и она оказалась не закрытой. — Да, ё-моё! Что же это?

Медленно вошла в прихожую и огляделась. Свет был везде выключен, а вот в гостиной я услышала голоса.

— Тётя Глаша… — еле слышно прошептала, видимо, голос от страха пропал. Шагнула в сторону залы и поняла, что это телевизор. А вот рядом, на диване лежала пожилая женщина и, кажется, спала. Я выдохнула и подошла ближе. Наклонилась и потрепала за руку. Никакой реакции. Попробовала ещё раз. То же самое. Проверила пульс. Слабый, почти не прощупывался. Наклонилась к лицу и послушала дыхание: поверхностное.

В такие моменты я обычно брала себя в руки и начинала быстро думать и соображать. Проверила карманы куртки, ничего. Телефона не было. Дома оставила. Посмотрела вокруг, в поисках аппарата, но на тумбочке, где он обычно лежал, стояла только тёмная бутылка, без этикетки и пробки. Рядом находился стакан, с красновато-коричневой жидкостью на дне. Взяла его и понюхала. Поморщилась. Что за странный горьковатый запах. Чего-то он мне напоминал? Никак не могла вспомнить, что?

— Я сейчас! — Крикнула я тёте Глаше и сжала её руку. — Мне нужен телефон! Я сейчас. Вызову только скорую. — Говорила я уже себе, выбегая из калитки и мчась со всех ног к своему дому.