Книга Измена. Я больше не у твоих ног, страница 8 – Милана Лотос

— Обещаю, что буду вести хорошо.

— Отлично. Тогда я вас отпускаю, - врач улыбнулся на прощание и вышел из палаты. Через десять минут я покинула больницу и, вызвав такси, поехала домой.

Когда Тонечка ночевала у моего отчима, Макару я сообщила об этом в смс. На что он ответил мне односложным “ок”.

Вопросов о том, почему и зачем оставлять ребёнка у чужого человека, не возникало. (Макар никогда не считал моего отчима отцом и относился к нему равнодушно). Поэтому, наверно сейчас, чувствуя свою вину и, чтобы не усугублять ситуацию, он просто промолчал.

Я отпустила такси и, открыв ворота, вошла на территорию нашего дома. Двигалась я медленно, оглядываясь по сторонам, словно зашла не на свой участок, а на чужой. Эта мысль мне не понравилась и, подняв подбородок, я ускорилась.

— Есть кто дома?! - Крикнула я, открывая дверь и осматриваясь.

— Я дома, - услышала голос няни Ксюши, и меня прошиб пот. Девушка вышла из кухни, с опущенной головой, не глядя на меня.

— Что ты здесь делаешь? - Рявкнула я так, что девушка вздрогнула. - Совсем совести нет. А ну, убирайся из дома, мразь!

— Олеся Михайловна, простите меня, - сжимая руки, стонала няня, - я не хотела. Правда.

— Из-за тебя и моего мужа, я потеряла ребенка! - Крикнула я и схватила девушку за локти. Встряхнула так, что ее голова дернулась и увидела в ее глазах слезы, а еще… синяк. Большой красно-синий фингал расплывался по всему лицу. Переходил на нос. А еще у нее была разбита верхняя губа. Поэтому сейчас она напоминала один сплошной вареник.

— Олеся Михайловна, миленькая, я не знала. Я не собиралась… просто так вышло. Простите меня, христом Богом молю, - девушка опустилась передо мной на колени и громко зарыдала.

— Кто это тебя так? – спросила я, отступив на шаг назад. В моем голосе не было жалости к этой женщине, ведь я вспомнила слова дочери:- “Няня Ксюша плохая и бьет меня…”

За одно это я готова была убить. Но сначала мне нужно было посмотреть камеры и только после этого действовать.

— Откуда у тебя синяки, я спрашиваю! - Вновь рявкнула я, глядя на распластавшуюся у моих ног любовницу моего мужа.

— Олесечка Михайловна, я упала. Сама. С лестницы, - неуверенно ответила Ксения, - неудачно подвернулась нога, и я покатилась вниз.

— Сейчас мы все выясним!

Я резко опустилась на колени, схватила ее за локоть и подняла. Не знаю, откуда взялись силы, но мне нужно было узнать всю правду о побоях на лице любовницы и тех, что она оставляла на моей дочери.

— Не надо, пожалуйста.

— Если ты била мою дочь, живой, ты из этого дома не выберешься. Это я тебе обещаю.

Компьютер, с которого можно было посмотреть камеры видеонаблюдения, находились в кабинете моего мужа. И пускай не часто, но иногда я все же их просматривала. Поэтому сейчас знала, что нужно делать?

Открыв кабинет Макара, в котором я была последний раз несколько дней назад, я замерла на пороге. Холод проник под свитер и поднял тонкие волоски на коже. Стало не по себе от воспоминаний.

Я открываю дверь, за которой раздаются странные чавкающие звуки, которые лучше бы никогда не слышать. В кабинете стоит полумрак, лишь настольная лампа освещает пару, которая занимается сексом на рабочем столе. Мой муж со спущенными штанами по колено и голым задом пежит няню дочери, совершенно не замечая того, что происходит за его спиной. И кажется, даже не вынимает свой член, когда я окликаю его. А затем это разъяренное выражение лица, что я прервала его на самом интересном месте.