Книга Измена. Выбираю любовь, страница 26 – Милана Лотос

— Замолчи, ты что несёшь? Совсем крыша поехала?

— А кто это? Нашла себе любовника, пока я тут с ума схожу, в поисках тебя и сына. Трубку не берёшь, не перезваниваешь. Твоя балмошная подруга Машка, тоже со мной не хочет разговаривать. Словно сговорились все.

— У меня нет любовника! Не суди по себе, Бугров.

Я увидела, что Вовка поднялся и направился ко мне.

— Дай мне трубку! — Рявкнул он, скорее не на меня, а на ситуацию и Андрея, что был на другом конце провода.

— Зачем? — Закрыла динамик, чтобы муж не услышал.

— Дай. Говорю! — Забрал телефон и отошёл к окну.

— Послушайте уважаемый, я не позволю так разговаривать с моей… клиенткой.

— Какой клиенткой? Моя жена уже легла под тебя, да? Ноги небось раздвинула, а ты и доволен. Конечно.

— Ты болен, Бугров! — Рыкнул Владимир и сжал трубку так, что побелели костяшки пальцев. — Закрой рот, иначе тебе придётся ответить за каждое сказанное тобой поганое слово. Я адвокат Надежды Бугровой и веду дело по бракоразводному процессу. Меня зовут Владимир Петров, и в ближайшее время тебе будут высланы документы для ознакомления.

— Ха-ха. Ну что ж. Тогда слушай сюда, Петров. У меня тоже есть адвокат. Точнее, целый юридический отдел адвокатов, юристов, всей вашей вот этой братии. Так вот, они положат тебя на лопатки и подотрутся твоей корочкой адвоката. Берегись Петров, ты вступил на тропу войны и можешь передать моей жене-подстилке, зря она это затеяла и не захотела решить вопрос по-хорошему. Если дело дойдёт до суда, она потеряет своего сына. Услышал меня, Володя! — Крикнул громко. — Так, ей и передай!

Посмотрела на хмурое лицо Володи и ахнула. Желваки играли на его скулах, а глаза пускали молнии.

Его пальцы сжимали телефон, словно желая раздавить его и прекратить непрекращающиеся короткие гудки.

Я помнила это выражение лица и напряженную позу моего бывшего — оно не означало ничего хорошего. И сейчас мне стало по-настоящему страшно.

Глава 15. Меня зовут Ясенева Надежда.

Падаю в кресло и закрываю ладошками глаза. Слёз нет, а душа ревёт, как раненый зверь на кромке леса. Облокачиваюсь на спинку и тяжело вздыхаю.

Вдох-выдох. Надо успокоиться, но ничего не получается. Открываю глаза и беру со стола стакан воды.

Делаю глоток, затем ещё один. Становится немного легче.

— Надя, тебе плохо? — Спрашивает обеспокоенно Володя.

Ничего не отвечаю. Молчу. Злюсь на то, как мой бывший парень повёл себя.

— Если бы ты не начал спорить и защищать меня, Андрей бы так не отреагировал. Ну и что мне теперь делать?

— Ты что не слышала, как он разговаривал? Не слышала, как называл тебя? Оскорблял. Унижал. — Распылялся Петров. — Ясенева Надежда Викторовна, где твоя гордость? — Подошёл ко мне и сел рядом на кресло. Взял за руки и крепко сжал.

— Ай! — Вскрикнула я. — Больно! — Выдернула руки и хмуро посмотрела на Вову. Меня не называли Ясеневой наверно около двух лет, и я совсем забыла, как это. Непривычно.

— Это не я делаю тебе больно. Я лишь учу тебя защищаться и противостоять любым трудностям.

Отворачиваюсь от парня, которого когда-то любила всем сердцем. Не желаю, чтобы он видел мои слёзы.

— Вова, я понимаю, что хочу только одного — вернуть свою жизнь в тот день, когда я была счастлива. Когда не пришла в эту долбанную клинику на приём к педиатру. Когда не увидела мужа с любовницей. Лучше бы я ничего не знала и жила в счастливом неведении.