Книга Развод. Я к тебе (не) вернусь, страница 40 – Хелен Кир

Устраиваю нас удобнее на выступе и припираю ее сильнее. Твою мать, какая она вкусная. Детка моя, любимая. Ослоебище я тупое! На чей поганый рот тебя променял. Задыхаюсь от нежности и отчаяния. Как я скучал, только ад знает.

— Не могу без тебя, — насасываю ее кожу. Все зализываю: шею, губы кусаю и сразу же ласкаю, грудь, плечи. — Свет, вернись ко мне. Я тебя люблю, малыш.

— Денис! — протестует, пытается вырваться.

Понял, не дурак. Пока не готова слышать мое раскаяние. Да это и ясно, но блядь… Как же хочется ее назад.

— Ш-ш-ш. Все. Родная моя, — она вжимается лицом в мои плечи. Касается губами, и я, сука, улетаю на Марс. Сама поцеловала. Сама! — Девочка моя драгоценная. Я так скучаю. Тысячу раз повторю тебе.

Светик молчит. Только обнимает и все. Но я рад этому. Рад этой реакции. Значит у меня есть маленькая надежда.

— Ты в командировке здесь? — внезапно спрашивает. — Или с кем-то?

Молчу, только крепче обнимаю. Пытаюсь придушить в себе ревность. Я знал, что она сюда приехала с этим. Знал. Собственно, поэтому сорвал важное совещание и срочно улетел. Наплевать, чем аукнется. Мне дороже моя жена. И я собирался оттащить своего оппонента пиздюлями от нее.

Секретарь звонила и кричала в трубку, пока мчал в аэропорт, что главный сбесился. Орал и угрожал снять с должности, но мне все равно. На хрен всех послал. Я и так там перерос все. Давно собирался сваливать. Не для кого мне больше наживать состояние. А для себя не хочу. Как будет теперь. Со своими знаниями не пропаду. В конце концов открою свое дело. Да наплевать. Если Света моя захочет, то мир переверну.

Это мудило Женя вцепился как клещ. Вился около как подорванный. И Светуля начала поддаваться. Понимал, что надо подвести черту. Сделать то, что когда-то я, и возможно могло получиться.

Я понимал это. И теперь в полной мере ощущал, что моя девочка чувствовала тогда. Протащил малышку через ад. Ее, мою нежную и ничем не испорченную, волок по огненным кратерам и заставил полоскать ноги в лаве. Теперь же сам там стою. Больно!

— Один. Никакой командировки. За тобой летел, — в этот момент важна честность.

— Так я была здесь с … — прикусывает губу и замолкает.

Сглатываю комок. Горькая слюна в слизь скатывается и затыкает дыхательные пути. Кровь в голову толчками бьет. Ревную! По-выблядски жестко ревную! До красных кругов перед глазами. Дыхание срывается. Мне кажется, что сердце с перебоями включается и выключается. Позади хлопает по воспаленной макушке гребень шальной волны и отрезвляет меня.

— Ты замерзла, — пытаюсь ровно сквозь сжатые зубы выдавить. — Давай на берег.

Отстраняюсь и помогаю вылезти. Спрятанная злость не мешает окинуть взглядом жену и заметить, как она еще больше похорошела. У нее и раньше фигурка блеск была, все мужики шеи сворачивали, а теперь вообще глаз не оторвать. Занимается в зале, что ли? Почему тогда не знаю об этом. Если да, то необходимо пробить кто тренер. Мужик или баба?

Как жрет внутри черная подозрительность. Высасывает меня напрочь. Против воли хмурюсь и злюсь, хоть и клялся, что сдержусь. Но по всем показателям хреновый из меня держатель клятв. Какая тварь хочет влезть моей жене в трусы? Поубиваю всех.

— Что-то не так? — насмешливо спрашивает Света, глядя на мою перекошенную морду. — Денис.