Книга Развод. Я к тебе (не) вернусь, страница 23 – Хелен Кир

Вжимается в поясницу в буквальном смысле слова своей дубиной. Кажется, что там ядерный реактор вместо возбужденного члена, который распирает до предела и вот-вот все рванет. Дергаюсь все сильнее, неистово извиваюсь, пытаясь вырваться. Ничего не помогает. Я в тисках.

На мои трепыхания не обращает никакого внимания. Блокирует, лишь лицом к моим волосам припаивается, судорожно выдыхая сквозь зубы. В апогее страха глухой злой стон улавливаю. Мужчина, издав шипящий звук, умудряется откинуть пряди и впиться в шею. Кожу тут же шпарит огнем, тело сотрясает дрожью. В жизни только один человек знал точку, которая способна довести меня до края.

Прошивает бессознательно остро-сладким шипом.

Неужели это он?

— Света…

Все еще не верю в происходящее.

Невольно обвисаю в его руках. Не понимаю почему, но глаза сами собой прикрываются. И только в эту минуту знакомый парфюм окутывает с головой. Дав мне привыкнуть, поворачивает к себе лицом. Я теперь знаю, что это Денис.

Полгода я не трогала его, полгода не вдыхала аромат, полгода не таяла в руках, полгода живу, как замороженная. Из-под закрытых век вырывается горячая влага, но как таковой раздирающей боли больше не чувствую. Просто именно сейчас хочу позабыть все на свете, стереть из памяти что сжирало долгими ночами, все купировать неистово желаю. Хочу ощутить вкус его губ. Один раз, только раз. И клянусь, тут же забуду. Вот только на маленькую долю окунусь в мою бывшую жизнь.

Пропадаю.

Дыхание Дениса опаляет мой рот. Максимально приблизившись, не спешит целовать. За закрытыми веками цветет сполохами радуга. Яркие фейерверки жгут нежную кожу век. Плотнее зажмуриваюсь, одновременно прикусываю сильно распухшие от желания губы. Сухие, горячие. Неосознанно смачиваю их языком, но спрятать назад не успеваю.

Денис жадно впивается. Он целует так трепетно, призывно, жадно и страстно, что не ответить не могу. Я наступаю на одни и те же грабли, вновь преступно краду свою прошлую жизнь. Хотя бы на миг, на секунду упасть, стащить несколько мгновений. Обмануться, придумать, что Денис снова мой, что не было клятвопреступления, краха нашей семьи не существовало.

Зарываюсь в волосы бывшего, присасываюсь к его губам, ненасытно лижу его язык. Боже, что творю. Понимаю, что неправильно, но остановиться не могу. Все жаднее и жаднее становлюсь. Денис отвечает тем же. Блуждает руками по телу, словно искры рассыпаются по коже. Каждое прикосновение — удар тока.

Совсем теряю разум, когда обвиваю шею руками. Он же переворачивает, притискивает к стене. Наваливается всем телом. Ни сантиметра между нами нет, максимально плотно приклеены. Поцелуи переходят в безумие. На борьбу похоже, кто кого переласкает становится вопросом жизни и смерти.

Руки на бедрах. Руки на талии. Пошлое сжатие груди. Юзом трение соска. Взрыв. Стон. Падаем. Взлетаем.

— Бля-я-ядь… — хриплый сип мне в рот.

Тяжелый вдох. Сердце навылет.

— Света-а-а…

Только бы остановиться. Только бы вовремя остановиться!!!

Она мой рай. Мое спасение. Она моя Вселенная.

— Света-а-а…

Хриплый рык разбивает пространство на куски. Внутри меня зверь пробуждается. Я не могу без нее. Каждый день медленно умираю. Моя жизнь пустыня. Каждый шаг отслеживаю, каждый миг как губка впитываю. Все фото затер. По ночам снится. И сны эти… Лучше бы не просыпаться.