Книга Малера, страница 49 – Хелен Кир

— Ты где этого всего набралась? А? — в изумлении застываю. Не понимаю, кто из нас по жизни циник сейчас. — Лер, что с тобой? Почему так говоришь? Ну, ответь.

Да когда же я пропустил момент, что она превратилась в такую? Это же моя прежняя Лера, но она все же чужая. Или это что-то иное теперь, ну то, что происходит, то есть вся наша ситуация. Нет желания с этим мириться. Все еще хочу сгладить и поворачиваясь, пытаюсь взять ее за руку. Не смотря на теплый вечер, пальцы ледяные и неживые. Захватываю плотнее и подношу к своим губам. Грею дыханием и попутно смотрю на Лерку.

— Матвей, давай все забудем, — произносит будничным голосом.

— Нет. Не хочу.

— Я хочу, — выдирает кисть из моих ладоней. — Отвези меня домой.

— Лер, или говоришь, или стоим здесь до утра. Что изменилось с момента, когда ты от меня ушла?

— Да ничего и не менялось, — осторожно вынимает руки из моих. — Матвей, у меня Макс. Я не могу его кинуть, да и не хочу. Ты тоже не свободен. И чтобы я не думала, мой отец никогда не разрешит быть нам вместе. Ну в смысле — спохватывается, аж дергается всем телом — даже если и пришла бы эта безумная мысль в голову. Нам не по пути. Детство закончилось, Мот! Мы уже давно не те, кто были раньше. И ты больше не моя нянька.

Эти слова странно долбят меня в самое темечко. Я никогда бы и не подумал, что когда-нибудь такое услышу от нее. Это же бред какой-то, что несет? Белены обожралась она, что ли? Вот реально сейчас очень хочу треснуть ей поджопник. Руки горят от нетерпения. Вместо этого перемещаю их на руль и стискиваю. Мельком осознаю, что челюсти тоже сдавливаю. И этого даже не от оторопи, а больше от того, чтобы изо рта разная погань не покатилась в ответ на Лерины слова.

Значит трахаться ей со мной понравилось, а вместе быть не может. Интересно как получается. Стонала подо мной, целовала и обнимала, а теперь ей папа не разрешает. Да сука, при чем тут Спартак. Я и сам собирался ему все сказать. Ну впер бы он мне в челюсть, ну отошел бы потом, все было бы нормально. Хотя нет, дело не в этом. Дело в самой Лерке. Не хочет меня, ясно же как божий день. Не подхожу я ей. И по каким же правдивым причинам, вот что интересно, но не скажет, что и понятно теперь.

— Хуякс у тебя, а не Макс. Уже говорил, он тебе не пара.

— Дурак совсем? — поднимает бровь. — Что детсад устраиваешь?

— А ты что городишь? — все же поджигаю кипяток в себе. — Что ты несешь? Лер, хватит! Я же понимаю от чего всю эту херню несешь. Давай нормально обсудим.

— Домой вези! Не хочу говорить с тобой ни о чем.

— Сиди! — тяну руку к блокировке — Домой она собралась. — не успеваю защелкнуть дверь, как Лерка выпрыгивает из тачки и ее силуэт тает в темноте.

Началось! Не выключив мотор и не погасив фары, выскакиваю и бегу вслед за ней. Быстро нагоняю и хватаю за одежду. Не оборачиваясь, вырывается и упрямо продвигается вперед. Это и есть последняя капля в моем ангельском терпении по отношению к ней. Я уже ни хера не понимаю, что происходит и хочу выяснить немедленно.

Применяю осторожно силу и дергаю Леру к себе ближе. Слышу треск одежды, ну ничего страшного, тряпья у нее до хрена. Да и не ее это, сто пудов у Златки одолжила, дома то весь день не было. А Шахова переживет драные шмотки.

— Пусти, придурок.