Книга Спартакилада, страница 14 – Хелен Кир

Я соглашаюсь без «задней» мысли. Или так, из всех сил гоню от себя такие мысли. Настраиваюсь только на дружеский разговор. Вообще без проблем. Раз Машка умчала с Егором, рано меня бросила, то пойду хоть с Гансом помотаюсь по набережной. Мы, как раз до нее почти доехали.

— Пошли. Только чур уговор. С тебя кофе, двойной, эспрессо! Ну ты ж сам говорил… — улыбаясь, ставлю условие.

— Да хоть десять, вообще без проблем. Идем?

Мы выбираемся из машины, покупаем стаканы с напитком и идем вдоль набережной. С воды дует теплый ветер, ласково разбрасывает мои волосы по плечам. Ночь. Самое лучшее время. Она скроет все стеснение, позволяет быть смелее и отчаяннее, обостряет чувства, придает шарм поступкам. Лунный, матовый свет фонарей успокаивает и веет загадочностью, магией, колдовством.

Здесь весело и оживленно. Из разношерстных компаний то там, то здесь доносятся взрывы смеха. Все увлечены только своими делами и никому ни до кого нет дела.

Мы идем и тоже болтаем. Ганс травит смешные истории, рассказывает в лицах, пародирует голоса. Наверное, в нем погиб великий актер. Я хохочу до колик в животе. Мне легко и свободно. Что-то рассказываю ему в ответ, он с интересом слушает, ему важно, что я вещаю.

Гуляем долго, как следствие немного устаем. По пути попадается парапет. Хорошо, что он широкий. Подбегаю и забираюсь на него, облегченно вздыхаю. Ганс облокачивается рядом, практически касается меня. Мы просто молчим. Я устала, а он не знаю почему. Вдруг он в какой-то момент, начинает смотреть на меня, как в машине. Я сглатываю, потому что понимаю, что сейчас произойдет. Ганс что-то сделает. И точно, он подходит ко мне и встает максимально близко. Кладет руки по обе стороны, наши лица на одном уровне. Я замираю.

— Лад- еле слышно говорит он — ты такая…

Не могу ничего ответить, горло сдавливает. Он заправляет выпавшую прядь волос мне за ухо и еще приближается. Я не могу двинуться, как сковало. Только слышу его дыхание. Он очень хорошо пахнет. Еще немного и его губы смыкаются на моих. Надо отдать должное, Ганс не всовывает в меня язык, а лишь касается губами, которые расслаблены, в меру открыты, он, будто ставит сладкую печать. Наверное, другая с ума бы сошла, но я, кроме того, что четко чувствую «ничего»….короче… «ничего». Это просто приятно. Все.

Ганс отрывается от меня и считывает реакцию. Думаю, он все понял.

— Совсем никак? — спрашивает он, гася в глазах пламя.

— Прости, давай просто дружить — шепчу ему в ответ.

Ганс смотрит в сторону и разочарованно усмехается. Я не осуждаю и не обижаюсь на выражение его лица. Понимаю, наверное, впервые получил отказ. Он отходит от меня, засовывает руки в карманы джинсов, оттягивает их, и смотрит на воду. Немного закусывает губы, резко прочесывает пятерней волосы. На меня обрушивается какая-то непонятная вина. Он хороший, правда, но…

— Дело в этом парне? Который шел за тобой?

— Нет — поспешно отвечаю я — ты ошибаешься.

Ни с того, ни с сего начинаю нервничать. Спартак тут причем? И вообще, почему начинаю беситься, как только вспоминаю об этом придурке?

— Ладно, извини, я не хотел. Просто ты мне понравилась, а я не сильно привык, что не получаю что- либо с первого раза. Обычно трудностей не было. Прости, что так откровенно говорю. Но ты не парься, я больше не полезу. Хотя жаль. Эх, Лада-Лада, впервые увидел мозги, а не внешность, и тут такое.