Книга Хрустальная ложь, страница 8 – М. Эль

Молчание тянулось, плотное, как туман. Лишь рёв мотора, свист ветра за окном и глухие удары её собственного сердца, бьющегося в груди, как дикая птица.

— Ты ведь даже не спросишь, кто я? — Его голос прозвучал низко, с лёгкой, едва уловимой насмешкой, рассекая тишину.

— Зачем? — Валерия медленно повернула к нему голову, её глаза, цвета грозового неба, скользнули по его маске. — Главное, что ты пришёл.

Мужчина издал короткий звук, похожий на усмешку под маской. — Необычная невеста. Обычно в такие моменты кричат и плачут. И уж тем более не заказывают похищения сами.

— Я не “обычная”. И я не невеста, — её голос был спокоен, уверен, каждое слово отточено.

Он коротко кивнул, признавая её слова, и дорога вновь заполнила тишину, поглотившую их разговор.

Валерия закрыла глаза на мгновение. В голове вспыхивали яркие, хаотичные обрывки последних минут: залитый кровью мрамор часовни, искажённое гневом и отчаянием лицо матери, блеск пуль в солнечных лучах, запах дыма и разрушения. Она не чувствовала страха. Только острое, режущее удовольствие, подобное глотку чистого, ледяного воздуха после долгого удушья. Свобода, она поняла, пахнет дымом и бензином.

Минут через двадцать они съехали с главной трассы, свернув на узкую, заброшенную дорогу, ведущую к побережью, где берег обрывался в пропасть. Человек в чёрном нажал на тормоз, мотор стих, и единственным звуком остался величественный шум моря, разбивающегося о скалы.

Он снял перчатки, медленно повернулся к ней, его движение было размеренным. — Дальше ты под моей защитой. Но сначала…

— Нет, — перебила она спокойно, без тени сомнения.

— Что — нет?

— Дальше — я сама.

Валерия улыбнулась. Улыбка была тонкой, почти невидимой, но в ней скрывалась стальная воля. И прежде чем он успел что-то сказать, даже вздохнуть, она резко ударила — движением отточенным, коротким, как вспышка молнии. Локоть точно в висок. Мужчина не успел даже вдохнуть, не то что среагировать. Голова тяжело ударилась о подголовник, тело обмякло, откинувшись на сиденье.

Мгновение — тишина, оглушительная и звенящая. Потом она тяжело выдохнула, словно сбрасывая невидимый груз, и посмотрела на него. Валерия не чувствовала ни сожаления, ни страха, ни даже вины. Только чистое, холодное удовлетворение.

— Ничего личного, — прошептала она в тишину, обращаясь к его бездыханному телу. — Просто я не из тех, кого похищают. Я сама решаю, куда ехать. И кто кого куда повезёт.

Она не сняла с него маску. Это был странный порыв, некая дань уважения. Он выполнил свою часть уговорённого хаоса. Теперь её очередь выполнить свою.

Сняв с него пиджак, рубашку и брюки, она быстро, ловко переоделась. Ткань его костюма была прохладной, пахла дымом, дорогой кожей и чужим, терпким, горьким парфюмом.

Свадебное платье она аккуратно сложила на заднем сиденье. Белый шёлк блеснул на солнце, как флаг, который она больше не поднимет, символ мира, которому она навсегда отказала.

Вытащив тело мужчины из машины, и оставив рядом с ним конверт с деньгами, девушка села обратно.

Мотор снова взревел, наполняя салон привычным грохотом. Она нажала на газ — машина рванула с места, оставляя за собой облако пыли и неподвижное тело в кустах.

Охрана, те самые чёрные внедорожники, что ехали позади, были ещё далеко. Пара минут — и они поймут, что что-то не так. Но две минуты — для Валерии Андрес — это была целая вечность, которую она намеревалась использовать сполна.