Книга Я. Не. Жертва, страница 38 – Весела Костадинова

— Итого нам нужно выиграть три недели, — подытожил декан. — Завтра я проставлю ей все экзамены и переведу с пятилетнего обучения на бакалавриат. Зоя, что скажешь? Сможем выиграть эти недели?

— Сложно сказать, — потянула женщина. — Думаю, самая опасная неделя — последняя. Такие твари как этот носом чуют направление ветра и вот тогда нужно будет отвлечь все его силы.

— Это возможно? — тихо спросил Пятницкий.

— Сын говорил, что плановая проверка у них предусмотрена. В принципе, ее можно будет ускорить и провести как раз в эту неделю, отвлечь зверя от добычи.

— Оль, — декан повернулся ко мне, — сын Зои — главный прокурор города. Я хочу, чтоб ты поняла с кем мы имеем дело. Зоя…

— Белов Александр Юрьевич — начальник центра Э по краю. По глазам вижу, что ты знаешь это и знаешь, чем занимается это подразделение. Назначен был к нам из Москвы, скажем так, за слишком большое рвение к работе, мягко сказать. Связи и возможности — серьезные. К сожалению, сейчас эти подразделения — основная сила государства, их тайная полиция. И полномочия у них очень большие. Как ты понимаешь, мой сын в эту игру не ввяжется — себе дороже, но зуб на Белова у него большой. А потому он согласился помочь информацией и, возможно, отвлечь его от тебя максимум на неделю. И для понимания, — женщина жестко посмотрела мне в глаза, — все, кто согласился помочь тебе здесь в зоне риска. Любому из нас он легко устроит проблемы: большие и маленькие. И очень многое зависит от тебя и твоего поведения. Запомни, милочка, на кону сейчас больше чем твоя жизнь. Не заставь нас пожалеть.

— Зой, ну не додавливай ты…

От каждого ее слова меня бросало то в жар то в холод.

— Толя, она должна знать, на что идет и с чем имеет дело. Слишком мы их бережем, слишком сильно оберегаем от жизни. А жизнь, девочки, это не розовые пони. Она подлая, жестока сука. И вам нужно научиться в ней ориентироваться. Вернемся к нашим баранам. Самый большой риск теперь у тебя и у Геннадия Ивановича. Запомни, Ольга, если облажаешься, твоего друга закроют на серьезный, очень серьезный срок. Или убьют. Белов не перед чем не остановится — прецеденты были. То, что он устроил тебе сейчас — это так, легкая разминка. Видимо ты его успела зацепить, сильно давить пока не хочет, вот и развлекается перед основным действием. Поняла?

От страха я могла только кивать головой. Я смотрела на всех этих людей и понимала, что подвергла каждого из них опасности. Серьезной опасности.

— Теперь успокойся, — продолжила Зоя. — каждый из нас взрослый, умный человек, не чета вам, малолеткам. Каждый из нас гораздо больше осознает степень риска, и все мы для себя решение приняли. Мы поможем тебе, все, кто здесь присутствует. Больше о наших планах не должна знать ни одна живая душа, поняла? Ни друзья, ни сокурсники, ни интернет, никто! Поняла?

— Да, — снова кивнула я.

— Зная психологию этого зверя, ты сможешь им управлять. От тебя сейчас требуется одно — выиграть нам время. Понимаешь? Никто из нас не сможет ничего сделать без этого. Три недели, в идеале — месяц.

— Но как….

— Ты встретишься с ним, милочка. Встретишься наедине и постараешься выторговать нам эти дни. Слушай и запоминай, — сказала она в мое побелевшее лицо. — Он любит играть, любит упиваться своей властью. Ему нравится загонять жертву в ловушку, ломать ее. Это для него игра. Чем дольше сопротивляется жертва — тем она для него притягательнее. Не льсти себе — чувств к тебе у него нет никаких, в нашем понимании этого слова. Как нет и принципов. Но… если ты игру поддержишь, если дашь надежду на продолжение веселья — тогда он чуть опустит поводок, на который тебя привязал. Твоя покорность на время его обезоружит. Понимаешь меня?