Книга Я. Не. Жертва, страница 30 – Весела Костадинова

— Знаешь, — тихо сказала я, — выбрось его в ближайшую помойку, друг, пожалуйста.

— Ольга Кимовна, — едва слышно признался он, — меня сразу уволят за такое. Заказчик… — парень замялся, — он …. Он устроит мне проблемы. Пожалуйста.

Своими словами он подтвердил все мои подозрения. Никто, кроме Белова не мог устроить этот цирк и так напугать парнишку. Я расписалась в документах.

— А теперь сможешь их выбросить? — тихо спросила после подписания. — Официально ты их вручил.

— Нет, — он не поднимал на меня глаз.

— Почему?

— Заказчик…. Он… он может наблюдать.

Мороз пробежал по позвоночнику. Я резко выхватила этот ненавистный веник из рук юноши, ища глазами ближайшую урну.

— Иди уже, — мой голос дрожал от сдерживаемого гнева, — и если тебя спросят, передай, чтоб он этот веник засунул себе в…. — едва сдержалась, прикусив язык.

Парень сбежал от меня, как от огня, а я с ненавистью посмотрела на букет. Роскошен, что и говорить, роскошен и элегантен, явно куплен не на рынке у бабушек. Роза к розе — свежие, казалось даже, что в сердцевине каждого цветка все еще остались капли росы. Аромат от букета исходил невероятный. Я всегда любила розы, но сейчас от этого великолепия меня начало мутить.

Отгоняя наваждение, вызванное прекрасными цветами, я быстрым шагом дошла до ближайшей урны и швырнула в нее букет. Ожидаемо цветы не поместились в бачке, но меня это заботило мало — избавилась и хорошо.

Тихо квакнул телефон. Я открыла сообщения и тихо чертыхнулась, судорожно оглядываясь по сторонам.

«Не любишь розы?» — пришло с незнакомого номера

И через секунду:

«Хорошо. Я терпеливый, попробую другие цветы».

Слов на ветер мерзавец не бросал, цветы приходили каждый день — разные, роскошные, свежие и очень дорогие. Он буквально заваливал меня цветами всю неделю — розы, лилии, орхидеи, ирисы и даже такие, названия которым я не знала. За моей спиной пошли завистливые щепотки и пересуды — весь курс обсуждал того, кто дарил мне веник за веником. И каждый последующий букет отправлялся по маршруту первого — на помойку. Хоть иногда мне до слез было жаль такой красоты.

Я вздрагивала от каждого постороннего звука во время занятий и молилась только об одном — чтоб букет не пришел во время физики — мне было страшно смотреть в глаза Пятницкого. Ксюха, прекрасно зная, от кого приходят букеты тихо сочувствовала мне, но и она не видела вариантов, как прекратить эти подарки.

Я несколько раз писала, чтоб Белов оставил меня в покое, три раза звонила ему, несколько раз бросала номера в черный список, но он все равно продолжал мне писать — каждый раз с нового номера. Все это начинало напоминать страшный фильм ужасов.

— Сволочь! — я отправила в мусорное ведро очередной букет. — Скотина!

— Блин, Оль…. — подруга погладила меня по плечу, — может уже в полицию обратиться?

— Ксюш, ты сама-то поняла, что предложила? Он сам из полиции, причем возглавляет самое поганое подразделение — центр «Э». Знаешь, кто это? О, по лицу вижу, что знаешь. Да и что я скажу? Меня человек заваливает цветами? Это бред какой-то….

Ощущение бреда усилилось на следующей неделе, когда с цветами начали приходить и подарки: мягкие игрушки, сладости и прочая ерунда. Их я тоже выбрасывала, даже не распечатав. Но хуже всего было то, что мне стало казаться, что за мной постоянно наблюдают. Часто возле нашего корпуса стояла одна и та же синяя тойота с двумя мужчинами внутри. Эту же тойоту я стала замечать и около своего подъезда. Сначала я пыталась убедить себя, что это совпадение, но после трех дней поняла — за мной действительно установили слежку.