Книга Территория сердца, страница 44 – Весела Костадинова

— Прекрати, — резко перебила меня Алла, её голос был твёрдым, почти командным. — Зара, это не подачка и не милостыня. Я вижу в тебе потенциал, вижу, что ты можешь чего-то добиться, если перестанешь вжиматься в стенку и думать, что ты здесь не на своём месте. Ты талантлива, у тебя хватка, а это дорогого стоит. Но в нашем мире одного твоего желания и упорства — не всегда достаточно.

Я открыла рот, чтобы возразить, но она не дала мне вставить ни слова.

— Послушай, одежда — это просто инструмент, как ручка или телефон. Она помогает тебе выглядеть на все сто в тех ситуациях, когда этого требуют обстоятельства. Эти вещи все равно лежат без дела уже почти три года! Зара, я люблю свою дочь, покупаю ей подарки, но я постоянно забываю, что она уже не девочка! Вот и увеличиваются запасы, — добавила она с горечью. — Некоторые еще даже с бирками. И если ты станешь носить их — мне будет…. Приятно, черт возьми!

Она говорила так горячо, так искренне, наверное, впервые с нашего знакомства, что я просто не смогла отказаться. Да и как побороть подобное искушение — надеть дорогие, стильные, красивые и удобные вещи? Как забыть взгляды мужчин, оценивающие, одобрительные? Как забыть…. Взгляд Влада — удивленный, не верящий и….?

Я тряхнула головой, отгоняя невольные чувства.

— Спасибо, Алла Викторовна, — от души поблагодарила я ее. — Я согласна. На самом деле… это… странно.

— Что, мышка, понравилось?

— Да, — я снова покраснела, хотя, казалось бы, куда больше.

— Тогда решено, завтра после обеда жду тебя у себя, мышонок. А теперь…

Я застегнула пуговки на рубашке и поморщилась от боли. Но настроение было таким, что даже эта боль показалась легкой, вполне терпимой.

— Выдержишь до конца дня? — приподняла бровь Алла.

— А то, — смело улыбнулась я, ощущая себя намного сильнее и увереннее. — Хочу глянуть на выражение лица Леночки, — я впервые назвала ее только по имени.

— О, милая, это будет незабываемое зрелище! — расхохоталась Алла.

Вся оставшаяся часть дня прошла словно в тумане. Я старалась не обращать внимания на взгляды коллег, но каждый раз, когда очередной сотрудник заходил в приёмную, их реакция заставляла меня чувствовать себя то смущённой, то слегка гордой. Я никогда не была в центре внимания, никогда не ощущала на себе столько взглядов — и уж точно не таких.

Работники компании, заходя с документами или вопросами, будто на мгновение теряли дар речи, и это казалось настолько невероятным, что я едва сдерживала улыбку. Алла, замечая моё состояние, время от времени кидала в мою сторону лукавые взгляды, явно забавляясь всей этой ситуацией.

— Привыкай, мышонок, — заметила она между делом, перебирая бумаги на своём столе. — Люди всегда смотрят на то, что выделяется. А ты сегодня явно выделяешься.

В её словах было столько искренности и уверенности, что я почувствовала, как внутри становится теплее. Я впервые ощущала, что могу быть не только тихой и невидимой помощницей, но и чем-то большим. Этот новый образ придавал мне уверенности, заставлял иначе держаться, а каждое движение становилось более уверенным, более осознанным.

Я поймала своё отражение в зеркале, и сама себе улыбнулась. Одежда, которую я никогда не выбрала бы сама, заставляла чувствовать себя иначе — сильной, привлекательной, взрослой. Казалось, что я стала на несколько лет старше и наконец-то вжилась в ту роль, которую давно должна была занять. От новых ощущений щеки стали чуть ярче, а глаза блестели почти лихорадочным блеском.