Книга Территория сердца, страница 133 – Весела Костадинова

— Есть хоть что-то, о чем эта женщина не подумала? — пробормотала я, чувствуя, как уголки моих губ непроизвольно подрагивают от улыбки.

— Ты же знаешь её, — ответил Саша, слегка пожав плечами. — Всегда на шаг впереди. Она уже давно предвидела, что нам с тобой могут понадобиться некоторые вещи. Правда план был другой, ну да не суть.

Я не смогла удержаться от лёгкого смешка и снова уткнулась в его шею, ощущая, как на душе становится легче. Несмотря на напряжённость недавнего момента, его шутка разрядила обстановку. Саша аккуратно погладил меня по спине.

Через два дня мы улетели из Иркутска в глубь области, в один из поселков, откуда можно было добраться до буровых в тайге. Два дня, в которые мы старательно не говорили о том, что произошло. Но изменения произошли и их нельзя было не заметить. Прикосновения Саши стали более смелыми и решительными. Он больше не скрывал своих чувств, но при этом его поведение оставалось ненавязчивым, не давящим. Эти прикосновения, когда он касался моей руки, плеча, спины, ощущались естественно, как будто всё это всегда было частью нашего общения. Он больше не делал вид, что между нами ничего нет — напротив, он теперь ясно давал понять, кто я для него.

А я не могла уже игнорировать того, что все чаще и чаще испытываю к нему самое обыкновенное физическое влечение. Его близость вызывала совершенно определенные чувства. Дошло до того, что я просыпалась среди ночи, дрожа от острого желания. Оно стало моим постоянным спутником, словно там, в пустом зале ресторана, мы напрочь снесли все барьеры, которые были между нами. Я словно проснулась от долгого сна, и его прикосновения теперь были желанными и ожидаемыми.

А он не торопился. Совсем. Там в бассейне, где-то в глубине души, я ждала продолжения. Боялась ужасно и ждала. Но он просто отдыхал, восстанавливался после тяжелой ночи, прогревался и нырял в холодную воду. И даже не приближался ко мне. То есть смеялся, разговаривал, но не сделал ни малейшей попытки коснуться, хотя там нас разделяли всего несколько миллиметров ткани и воды. Странное это было время — мы оба понимали, чего хотим, и оба старательно делали вид, что этого нет.

Жизнь в поселке оказалась совершенно иной, чем в комфортных условиях города или даже в нашем уютном офисе в Иркутске. Нас разместили в обычном общежитии, где каждая комната была крохотной, но отдельной, что само по себе казалось привилегией. Здесь не было особого почтения к начальству — всё было на равных, потому что поселок принимал вахтовиков, геологов и специалистов, которые разъезжались по объектам. Люди здесь привыкли к суровым условиям. Душ и санузел один на этаж, горячая вода едва тёплая, но меня это не пугало. Мы приезжали сюда лишь ночевать, а большую часть дня и ночи проводили в пути.

Саша, кажется, погрузился в работу с головой, отвлекаясь от всех других вопросов. Едва светало, как мы уже выезжали на джипе по зимнику на один из объектов, проверяя работу ребят в самых неожиданных местах. Он никогда не предупреждал своих подчинённых, куда отправится, чтобы увидеть их работу без прикрас. Каждое утро я спускалась в столовую раньше, чтобы приготовить нам кофе в термокружки, быстро собрать бутерброды и убедиться, что аптечка и все мелочи на месте. Рабочий ритм был бешеным, но это было даже к лучшему. На долгие раздумья и разговоры о личном просто не оставалось времени.