Книга Игроки и жертвы, страница 16 – Весела Костадинова

Внезапно он остановился, и одним движением уложил меня на широкую кровать, входя без предупреждения, полностью. Я вскрикнула, но скорее от неожиданности, волей или не волей подстраиваясь под его движения. Он двигался быстро, в своем темпе, не обращая на меня ни малейшего внимания. И все же его возбуждение передавалось и мне. В какой-то момент показалось, что я вот-вот….

Он остановился, резко перевернув меня на живот. Его пальцы скользнули туда, где меня еще никто и никогда не касался. Я вздрогнула и протестующе застонала, пытаясь убрать его руку.

— Лежи смирно, — приказал он, входя в меня одним пальцем. Я вскрикнула и постаралась вырваться уже по-настоящему. Тогда он ударил меня по ягодицам, а второй рукой схватил за шею, прижимая к кровати и продолжая движение пальцами. Движения, приносящие боль и дискомфорт.

— Кирилл, — простонала я от боли, — остановись… прошу….

— Нет, — холодно ответил он, продолжая свои действия уже двумя пальцами.

Я закричала по-настоящему, пытаясь вырваться из железной хватки.

— Лежи смирно или будет больнее, — прохрипел он мне в ухо, не давая пошевелиться и входя уже сам. От острой боли у меня перехватило дыхание, слезы полились из глаз сами по себе.

— Кирилл, хватит! Прошу тебя! — я плакала, не скрывая слез, сжимая в руках белоснежные простыни — свидетелей моего унижения.

Он меня не слышал, продолжая двигаться все сильнее и сильнее. Я металась под ним, но вырваться не могла, только причиняя себе еще большую боль. Наконец он хрипло застонал, я почувствовала, как его тело содрогнулось, входя в меня настолько глубоко, что казалось сейчас просто разорвет на части.

Лишь через несколько мгновений он скатился с меня, освобождая и давая возможность выдохнуть. Боль была такая, что у меня прерывалось дыхание, слезы катились ручьем на одеяло и простыни.

— Вставай, — грубо приказал он, — душ там.

Я соскользнула с кровати на пол, покрытый пушистым ковром. Сжалась в комочек, пытаясь совладать с собственным телом. Это удалось не сразу. Встала сначала на колени, потом, кое-как на ноги, чувствуя, как по бедрам течет то ли кровь, то ли что-то еще.

Пошатываясь прошла в душ и встала под обжигающие струи воды.

Закрыв глаза, позволила себе хотя бы на мгновение представить, что я где-то далеко, что все происходящее — это просто дурной сон, из которого я вот-вот проснусь. Но реальность была слишком осязаемой, чтобы прятаться от нее. Прикусила губу, стараясь заглушить рыдания, которые вырывались наружу, но слёзы, несмотря на воду, все равно катились по щекам.

— Выходи! — услышала жесткий приказ из комнаты. От страха меня затрясло по-настоящему. Больше я не смогу, просто не выдержу. Он убьет меня здесь.

— Я сейчас, — выдавила сквозь стиснутые зубы, но голос мой звучал так тихо, что сомневаюсь, что он услышал.

Понимала, что невозможно скрываться в душе всю ночь, а ноги не держали. И все же я вышла, накинув на себя белый банный халат. Вышла, чувствуя, как холодеют мои руки и ноги. Кирилл сидел на диване, одетый в такой же халат. Мокрые волосы показали, что он тоже только что был в душе. Холодные глаза быстро пробежали по мне: по неровной походке, заплаканным глазам, в кровь искусанным губам.

— Ты выглядишь ужасно, — сказал он с притворной озабоченностью, в голосе сквозил сарказм. — Вот уж не думал, что буду первым…. В некотором смысле. Иди сюда, — приказал тоном, не терпящим возражений.