Книга Игроки и жертвы, страница 122 – Весела Костадинова

— Илона….

— Ты сама мне сказала, что любить, это не только брать, но и давать. Ты отдала себя всю…. И продолжаешь отдавать. Живёшь прошлым, отдавая душу тому, кому это уже не важно. И если это не получается — убиваешь себя изнутри.

— Считаешь меня слабой, по сравнению с тобой?

— О, нет. Не каждая проявит такую силу духа, как ты. Считаю тебя трусихой. Боишься признать правду, боишься посмотреть вокруг, боишься будущего, боишься других отношений. Чувствуешь — и грызешь сама себя за эти чувства. Я завидую тебе в том, что в тебе живут чувства, что они не отмерли, как у меня. Но, черт возьми, как ты меня бесишь тем, что боишься их принять.

— Илона, — я вдруг вытерла текущие слезы, — тебя куда-то не туда занесло…. Ты сейчас вообще о чем?

— Да ни о чем, в голову не бери…. И то, что ты откажешься от возможной сделки — не считай предательством. Считай тактическим отступлением. Мы ведем войну, Агата, проигранная битва — не проигранная война. Помни, давить тебя будут так, что я покажусь назойливым комариком. А наш сегодняшний разговор — легкой разминкой. Арина — в безопасности и далеко, в другой стране, где до нее не дотянутся. Ровно поэтому я и выбрала вариант Батуми, доставать задолбаются. Нда…. — потерла она лоб, — пойду, спрошу у Кира, какую комнату тебе занять. За одним проверю масштаб бедствия на кухне. Ты сегодня отдохнуть постарайся. Хочешь, пришлю к тебе своего массажиста — хорош во всем.

— Илона! Ну мать твою!

— А что, разотрет так, что спать будешь без задних ног. Заодно и от рефлексии избавит.

Я покачала головой, не удержавшись от смеха сквозь слезы — Илона была верна себе.

— Иди давай, проверяй. И спроси про меня у хозяина, надеюсь у порога не оставит….

— Ну-ну, — пробормотала Илона, выходя на кухню, — скорее сам у порога ляжет….

Мне досталась просторная светлая комната, как и номер на базе, отделанная теплым деревом, с большим панорамным окном, выходящим на крохотный балкон с видом на город. Комната была настолько приятной и уютной, что на несколько мгновений, когда Илона привела меня сюда, показалось, что я заняла спальню хозяина. Но нет, рабочий стол около окна, полки в небольшой гардеробной и полочки у зеркала были пусты — значит эта была гостевая комната, хоть и полностью готовая к приему гостей.

— Короче, Кир сказал, что ванна на этом этаже — полностью в твоем распоряжении, сам он будет пользоваться той, что внизу, — поставила она меня в известность. — Его кабинет, как понимаешь — табу, туда не лезь. Закрывать его на ключ он вряд ли станет, но ты не лезь, не ищи лишних приключений. Ну все… осваивайся, обживайся. Два месяца тебе тут жить.

— Илон, что на кухне?

— А, ничего страшного, ничего такого с чем бы не справился современный ремонтный мастер.

— Кир… злится? Думает, я не сдержу слова?

— Агата, не будь дурой. Он просто ревнует. Банально и правдиво. Живи теперь с этим.

Я онемела, чем Илона и воспользовалась, сбежав быстрее антилопы.

Ревнует. Возможно.

Ситуация связала нас сильнее, чем могло связать что-то еще. Те роли, которые нам достались настолько мощно проросли в нас самих, что теперь ни он, ни я не знали как с этим жить.

Иллюзий я не питала — острая эмоциональная привязка рано или поздно должна пройти, когда развяжется тот узел, в который скрутила нас судьба. А пока и сама не могла отрицать очевидного — меня тоже тянуло к нему, просто потому что больше было не к кому. Он зависел от меня, я — от него.