Книга Вопрос цены, страница 142 – Весела Костадинова

— Знаешь, тыквочка, — Марик сел рядом и обнял меня за плечи, — поздравляю тебя. Ты впервые в жизни поняла, что такое — любить самой. Не просто быть влюблённой, не играть в любовь, а любить. Я много мог бы сказать тебе, Ливи, но впервые не стану упрощать твою жизнь.

Вернувшийся с жемчугом Олег прервал наш томительный разговор. Внимательно посмотрел на нас, но не сказал ни слова.

— Подъем, красотка, — скомандовал Марик. — Мне нужны ваши личики для фото.

Наш второй выход в свет разительно отличался от первого. Мероприятие было менее официальным, камерным. Меньше фотографов, меньше журналистов — это был вечер для тех, кто хотел отдохнуть без лишнего внимания. Среди гостей преобладали семейные пары, словно в насмешку моему состоянию и положению. Но в этом месте интриги если и плелись, то в гораздо меньшей степени. В большей здесь заключались союзы, причем не только деловые.

Олег держался спокойно, его уверенность и естественное обаяние привлекали внимание.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил он, чуть повернувшись ко мне, когда мы вошли в зал.

— Нормально, — улыбнулась я.

Он покачал головой.

— Не знаю, рысенок, что с тобой происходит, но…. — он крепче обнял меня, наплевав на все законы этикета. — Но я выясню. И почему ты лжешь мне второй день подряд — тоже.

Он пристально смотрел мне в глаза, поджав губы.

— Олег….

— Лив, — перебил он, не отпуская меня из объятий, — я не слепой. И точно не глупый. Что бы ты сейчас ни пыталась скрыть — это не сработает. Ты мне не говоришь всей правды, и я это чувствую.

Он улыбнулся, пронзая меня жгучим взглядом и обернулся к подошедшим партнерам, приветствуя их.

Я тоже нацепила дежурную улыбку, всем своим видом излучая дружелюбие.

Нас окружали целые семьи первых лиц края: жены, дочери, сыновья. Все сквозили дружелюбием, хищно высматривая подходящие союзы и партии. Я вот нарочно не могла придумать более подходящего вечера.

Олег, как всегда, легко держался среди этих людей, будто читал мысли каждого из них и мгновенно подстраивал свою игру под ситуацию. Его спокойная уверенность только подчёркивала контраст между ним и остальными — он не искал здесь союзников, потому что знал, что у него уже есть всё необходимое.

А вот он уже стал интересной целью для многих. Все понимала, что рост компании и ее выход на федеральный уровень — вопрос нескольких недель. Олег, наконец-то вышел из тени, и стал желанной мишенью для многих, видевших в нем потенциального союзника. И не только… союзника.

Я видела оценивающие взгляды мужчин-отцов, прикидывающих возможность союза, и любопытные — женщин. Они видели в Олеге не просто успешного бизнесмена, а человека, который сейчас был на вершине и продолжал подниматься. Он стал для них чем-то вроде приза, за который стоило побороться.

Я слишком хорошо сделала свою работу. Володя должен быть доволен.

На меня тоже обращали внимание, но это было не то внимание, которого бы я хотела. Меня оценивали, недовольно поджимая губы. Для них я была либо соперницей, либо фигурой, которую нужно было выбросить с доски. Их взгляды скользили по моей одежде, по манере держаться рядом с Олегом. Многие недовольно кривились, словно мои достижения и роль в его жизни вызывали раздражение. Я слишком выбивалась из привычных для них рамок. Слишком яркая, слишком независимая, слишком гордая. Неуправляемая. Непонятная.