Книга Вопрос цены, страница 121 – Весела Костадинова

— Кстати, забыл спросить, о чем вы говорили с Павловой? Там, на вечере…

— А вы с сенатором? — невинно осведомилась я.

Олег тихо засмеялся.

— Уела, рысенок.

— Павлова сказала, что ты рассказал ее мужу смешной анекдот, — я зарылась пальцами в черные волосы, снимая усталость, боль, сомнения. — Расскажешь, какой?

Олег снова тихо рассмеялся, его плечи слегка вздрогнули под моими руками.

Он мягко усадил меня к себе на колени, обнял, а в голосе звучала привычная нежность:

— Позже, рыся, позже — сказал он, всё ещё улыбаясь. — Это анекдот, который требует подходящего момента. А сейчас я хочу, чтобы ты просто была рядом.

Я почувствовала, как его дыхание стало спокойным и ровным, а его тепло передавалось мне, будто между нами не было никаких стен и сомнений.

— К тебе или ко мне? — тихо спросил Олег.

Я улыбнулась, понимая, что в его вопросе скрывается не только предложение, но и желание продолжить это спокойное мгновение, которое мы делили.

— Сегодня твой выбор, Олег.

— Ты… — он вздохнул, — ты быстро сбежала от меня в воскресенье. Тебе было плохо у меня?

— Нет…. — я поцеловала его в лоб, — было… странно. Олег, суббота и воскресенье вообще были шоковыми… мягко говоря. Но твой дом… твоя комната…. Я не хотела вылезать из-под одеяла, — призналась я.

— Значит, всё не так плохо, как я думал, — сказал он, чуть расслабившись. — Если тебе было хорошо под моим одеялом, это уже что-то. Попробуем еще раз?

Эти дни стали для нас чем-то особенным — наполненные ровным счастьем и работой, и ночи, когда мы делили друг с другом не только страсть, но и отдых. Мы оба знали, что это было затишье перед бурей, которая, вероятно, приближалась, но тем не менее мы ловили каждое мгновение друг с другом, словно предчувствуя, что скоро всё изменится.

Днём на работе Олег был строг и требователен, не делая мне никаких поблажек, как и всем своим заместителям. Он оставался таким же требовательным начальником, каким его знали все, и ни на секунду не позволял чувствам влиять на работу. Но вечера и ночи принадлежали только нам — в тишине и спокойствии мы всё лучше узнавали друг друга.

Утолив первый голод, мы медленно исследовали друг друга, позволяя себе все больше, раскрываясь и устанавливая пусть хрупкое, но доверие.

Каждый вечер мы сбрасывали маски, принятые в офисе. Олег становился мягче, его контроль и железная воля уступали место чему-то более человеческому. Я училась доверять ему, а он, кажется, всё больше позволял себе полагаться на меня. Это было больше, чем просто ночи, проведённые вместе.

И почти каждую ночь я просыпалась в его объятиях, тихо прислушиваясь к его дыханию. Иногда оно было прерывистым, и я ловила его тихие стоны, которые эхом отзывались внутри меня. Меня беспокоило, что его кошмары могут вернуться. Но к счастью, приступы не повторялись. Олег спал неспокойно, но, прижавшись ко мне, находил некоторое облегчение. Я не знала, что он видел в своих снах, но чувствовала, что рядом со мной ему было легче.

Новая должность наложила на меня и новые обязанности, с которыми мне раньше не приходилось работать. Финансовые потоки, юридические вопросы, управление проектами — все это порой казалось запутанным лабиринтом. И иногда, если у меня что-то не получалось в новой работе, если я не могла разобраться в финансовых хитросплетениях или юридических вопросах, Олег терпеливо, шаг за шагом проводил меня через сложности, рассказывая, объясняя, превращая сложное в доступное. Было в его подходе что-то почти удивительное. Он не просто учил, а словно наслаждался тем, что мог передать свои знания, которые я впитывала как губка. Впервые в жизни работа была не просто рутиной, а чем чем-то большим.