Книга Пепел. Гори оно все..., страница 127 – Весела Костадинова

Ярослав, одетый в безупречный тёмно-синий костюм, выглядел, как человек, который предпочёл бы оказаться где угодно, только не здесь. Его пальцы постукивали по краю бокала с вином, а взгляд, тяжёлый и раздражённый, то и дело останавливался на Анне, Эльвире или Артуре, словно он оценивал их и находил неудовлетворительными. Альбина, наблюдая за ним, едва сдерживала ехидную улыбку. Ей нравилось видеть, как он сдерживает своё раздражение, как его маска холодной вежливости трещит по швам.

Его фразы – безупречно вежливые и короткие – не добавляли спокойствия, не позволяли никому расслабиться. Кроме нее и Инны, которая, внезапно поняла девушка, обменявшись с ней взглядами, тоже находила этот ужин невероятно забавным.

— Эльвира, - его холодные глаза посмотрели на будущую невестку, - я правильно понял сына, что ты учишься сейчас на ландшафтного дизайнера?

— Да, - надо отдать должно Эльке, она подняла голову и смело посмотрела в глаза Ярославу. – Заканчиваю через два года.

— И что планируешь дальше?

— Ну…. – улыбнулась она самой обворожительной улыбкой, - если не случиться приятных неожиданностей, пойду работать.

При этом словосочетании у Альбины невольно потянуло живот, а лицо Ярослава дернулось, точно он едва сдержался, чтоб не выругаться.

— Не рановато…. Для неожиданностей? – вдруг спросил он, делая большой глоток вина.

Альбина едва скрыла горькую как полынь улыбку, вспоминая, как припечатала его словами о внуках.

— Ну что вы, Ярослав Геннадьевич, - Эльвира снова улыбнулась, а Артур отвел глаза, - если так случится… это же счастье…. У вас и у мамы появиться новая радость….

Альбина закусила губу так сильно, что почувствовала вкус крови. Она подняла глаза и встретилась с взглядом Ярослава — его глаза полыхнули таким диким и злым огнём, что на миг показалось, будто он сейчас раздавит бокал в руке. Но он сдержался, его губы искривились в тонкой, едва видимой усмешке, и он медленно кивнул, как будто признавая смелость Эльвиры — или её глупость.

— Радость, — повторил он, и в его голосе было столько сарказма, что Анна невольно поёжилась, а Артур кашлянул, пытаясь скрыть неловкость. — Что ж, посмотрим, Эльвира. Радости, как и обязанности, требуют… подготовки.

— Пап…. Мы не спешим, - поспешил вмешаться Артур, чтоб хоть как-то уменьшит напряжение.

И снова Альбина поймала на себе взгляд карих глаз, тяжелый и тоскливый. Ярослав не собирался скрывать перед ней свое отношение к происходящему.

О, как же ей нравилось это зрелище! Ярослав, вынужденный сидеть за одним столом с людьми, которых он явно презирал, Артур, суетящийся, как щенок, пытающийся угодить хозяину, и Эльвира, превратившаяся в тень самой себя. Даже Анна, обычно такая громогласная, была притихшей, как мышь под веником. Это было почти слишком хорошо.

Альбина снова подняла голову и встретилась глазами с Инной.

— Паноптикум, - прочла она по едва пошевелившимся губам, и снова спрятала довольную усмешку за бокалом красного вина.

— И как господь создал вас сестрами? – в уборной тихо спросила ее Инна, моя руки.

— Подфартило, что и сказать, - в тон ей отозвалась Альбина, чуть поправляя едва заметный макияж.

— Видимо, в прошлой жизни ты была инквизитором, — заметила Инна, её глаза весело блеснули. Она достала из крошечной сумочки сигарету, зажгла её с ловкостью, выдающей привычку, и сделала быструю, глубокую затяжку. Дым лениво поднялся к потолку, но она тут же спустила окурок в унитаз с лёгким шипением. — Куришь?