Книга Ее мятежник, страница 43 – Аманда Маккини

— … невысокая, маленькая, в мешковатой серой толстовке и спортивных штанах. У неё светлые волосы, я это заметила, даже несмотря на капюшон. Она просто шла по середине дороги, и это привлекло моё внимание, потому кто, чёрт возьми, будет разгуливать в такую проклятую погоду? Я решила, что это турист с поломанной машиной, поэтому оделась и вышла предложить помощь. Но как только я ступила на крыльцо, её забрали.

— Что вы имеете в виду, «забрали»? — спросил я, поймав недоуменные взгляды толпы.

— Какой-то мужчина в белом грузовике. Он набросился на неё и затащил в машину. На нём была чёрная лыжная маска. Она кричала, сопротивлялась, но он ударил её. Думаю, он вырубил её.

Паника сдавила горло. Должно быть, это те же люди, что стреляли в нас прошлой ночью.

— В какую сторону они поехали?

— Туда. — Женщина указала на горы, где на сотни миль не было ничего, кроме дикой природы.

— Как давно это было?

— Минут двадцать назад. — Она бросила сердитый взгляд на помощника шерифа. — Ему потребовалось столько времени, чтобы добраться.

Я развернулся и побежал к своему внедорожнику.

ДЖАСТИН

Час спустя я открыл дверь небольшой придорожной кофейни, совмещённой с туристическим центром. Я недвусмысленно просил Лео встретиться в Фалкон-Крике, но он настоял на месте ближе к Анкориджу — у него скоро была важная встреча.

Лео сидел в дальнем углу. Заметив меня, он кивнул.

Он выглядел совсем не так, как два дня назад. Костюм исчез, уступив место потрёпанному оливково-зелёному армейскому парку. На голове — мятая коричневая шапка-бини. Глаза были красными и опухшими. Руки в разных перчатках сжимали большую чашку с дымящимся кофе. Никаких «Лимонных дропов» сегодня.

Отмахнувшись от официантки, я скользнул в кабинку. Не было времени на выпивку или светскую беседу, поэтому я сразу перешёл к делу.

— Настоящее имя Софии Бэнкс — Алекс Петрова. Я нашёл её свидетельство о рождении, спрятанное в сарае. Она дочь Кузьмы, а не жена. Прошлой ночью грузовик — кажется, белый — открыл огонь с её подъездной дороги. Он был отвлекающим манёвром для стрелка, который подкрался к дому с тыла. Я потерял его в лесу. Сегодня утром, — я взглянул на часы, — часа четыре назад София сбежала из хижины, и её похитили на просёлочной дороге в полукилометре от Фалкон-Крика. Я шёл по следу, пока его не замело свежим снегом. Уверен, это те же люди, что стреляли в нас.

— Что вообще спровоцировало перестрелку?

Я уловил слабый запах алкоголя от его дыхания.

— Не знаю. Либо кто-то проследил за мной до её дома и испугался, что она что-то расскажет, — значит, за ней уже следили. Либо она водит меня за нос и сейчас нежится в джакузи за счёт «Чёрной ячейки».

— Как её похитили? Сбили с дороги?

— Нет, её грузовик разнесли в перестрелке. Она шла в город пешком.

— Ты серьёзно?

— Ага. Похоже, она хочет умереть.

— Или ей просто всё равно, умрёт она или нет. Ты знаешь, был ли у неё с собой телефон? Мог бы отследить, если знаешь номер.

— Не знаю. Она выскользнула через окно в ванной. Уверен, с собой у неё немного. — Я провёл пальцами по волосам. — Поговорю с её коллегами в закусочной. У неё должен быть способ связи.

— Сделай это, а я посмотрю, смогу ли поймать сигнал. Но если её похитили люди Кузьмы, они не дураки. Первым делом обыщут и отключат телефон. Если бы я был на их месте, он уже разбит на миллион осколков и валяется в сугробе у обочины.