Книга От любви до пепла, страница 161 – Анель Ромазова

Мне просто, твою мать, все равно что будет. Я обессилена и практически убита. Дозреваю до стадии абсолютного опустошения.

Арс появляется с аптечкой и бутылкой воды. Присаживается пред открытой дверцей.

— Я не вру. Ну… — спотыкаюсь на секунду, ощутив неприятное жжение от бинтов, смоченных водой, на моих содранных в лохмотья коленях. Арс заботливо и с осторожностью промывает раны. Дать бы себе подзатыльник и наорать на него. Я устала бороться. Хочу выговориться, — Про ребенка. Его Ваня зовут и ему три с половиной.

— Не сомневаюсь. Это Ада врала, как дышала. Тянула из Германа деньги и скармливала слезливые истории, якобы ее дочь принесла в подоле в шестнадцать лет, а она бедная содержит, потому что не может бросить. Она прекрасная мать и бла-бла-бла. Он ей верил, — делится, как бы выуживая из закромов личные переживания.

Натужно сглатываю.

— Это чушь. Я бы никогда не… — заикаюсь. Переосмысливаю сказанный им абсурд. Шока при этом не испытываю. Ада и не такое могла наплести, чтобы извлечь выгоду, — Спекулировать ребенком — это низко, — оправдываюсь спустя мгновение.

— Вот и я о чем, — лаконично поддерживает.

Впервые, в разговоре с незнакомым человеком чувствую себя понятой. Эмоции пробивают заслону оледенения, и я дрожащими руками хватаюсь за его ладони. Как утопающий за трос, который ему кидают, помогая выбраться из бурного течения. Крутит меня беспощадно.

Зачем он мне помогает после всего? Единственное, что тревожит.

— Вы же не издеваетесь? Правда, готовы меня выслушать? — шепчу, теряя голос. Предательские слезы скользят вниз. Арсений сводит брови, не отрывая проницательного взгляда. Пальцы уже бережно стирают слезинки.

— Давай на «ты». Не такой уж я и старый. — снова подбадривающая улыбка посещает его лицо, — В людях разбираюсь, поэтому не был ослеплен женскими чарами Ады. Видел насквозь гнилую подноготную под ее сладенькими улыбочками. Жаль, Геру не вышло переубедить, — наклеив пластырь, легонько щелкает меня по носу, — Сначала успокоимся, а потом решим, что делать дальше. По рукам, малышка.

— По рукам, — скрепляю наш вербальный договор, махнув ресницами. На что-то большее сил не осталось.

Поджимаю под себя ноги. Арс усаживается за руль.

— Зачем, вам, все это?

— Я — хороший друг. Да, и человек не плохой, — интонирует с мягкостью, — Денег совсем нет, как я понимаю, — палит предположением в упор, не отрываясь от вождения.

— Совсем, — не распространяюсь, что ушла в конкретные минуса. Задаю себе бессмысленные вопросы и убеждаюсь в собственной глупости. Тело побаливает практически везде. Будто по мне проехался каток. Мысли размазаны и все очень плохо.

— Сколько нужно?

— Нет. Вы что!! Я не… — возмущаюсь совсем не к месту.

Перевожу дыхание. Облизываю пересохшие губы. Беру бутылку минералки и жадно присасываюсь.

— Поступим так. С Йенсеном проблему я решу, — говорит не повышая тембра и поворачивая руль.

— Откуда вы… — выпаливаю, чуть не поперхнувшись.

— Во-первых, «ты». Во-вторых, можно Арс. И в-третьих, Йенсен любит девушек. эмм. с низкой социальной ответственностью. Ты не такая, — предупреждает мое возмущение, еще до того как оно вылетело.

Улыбаюсь, проявленной тактичности, как можно сдержанней и не показываю бушующий шквал не распознанных впечатлений. Не спорю. Придраться в его поведении не к чему. Он обезоруживающе добр.