Книга От любви до пепла, страница 16 – Анель Ромазова

— Арс, боже! Что за пошлость. Захар так не считает. Да милый? — слащаво тяну губы и жду, что он пикирует в ответ.

— Хочешь мое мнение? Я вообще не рад тебя видеть. Арс, нахера ты ее пригласил? Мы можем не таскать ее везде с собой? — провоцирует, встряхивая всю ядовитую начинку. Ох, дорогой, очень некстати, ровнять меня с неодушевленным предметом.

— Захарий, мнение содержанок никому не интересно. Смирись, — обрезаю насмешливо.

— Смирюсь, если ты свалишь отсюда. Или уйду я? — так и подмывает передразнить его как избалованного малыша — Бу-бу. В таком случае легкая неприязнь перерастет в ненависть. А я не хочу заставлять Арса, рваться между нами.

Все же, в однополых отношениях есть определенная сложность. Поиск партнера, например. Арс уже пару лет содержит этого пустоголового Кена. Ни о каких чувствах речи нет. Взаимовыгодный обмен. Лавицкий не особо афиширует свои наклонности. А его пассия любит красивую жизнь. Да кто я такая, чтоб осуждать, но мои цели куда благородней.

Захар многозначительно впивается глазами в Арсения. В надежде, что тот его поддержит.

— Булки расслабь. Иначе Порше достанется, Карине, — крайне жестко осекает его праведный порыв Арс, — Любимка, хочешь Порше? — добавляет с нажимом для острастки.

— Нет. Я давно мечтаю о красном Феррари с открытым верхом, — говорю елейным голоском и капризно взвизгиваю на конце. Арса конкрено путает моя умелая игра. Пялится округлив глаза — Кто ты и куда дел Карину.

— Серьезно? — все еще не веря в услышанное. А я продолжаю строить силиконовую нимфетку часто — часто киваю, едва сдерживая хохот, — А почему не сказала. Хо-хо-хоу, — раздает дробный смех, — Добрый Санта сегодня всем дарит подарки.

Скидываю шубку и занимаю узкий диванчик напротив.

— Успокойся, Санта, я шучу. Ради разнообразия, могу и на метро прокатиться. Во мне же не течет «голубая» кровь, как у Захара.

— Каро, ну хватит. Боюсь, Порше будет мало. Придется перекрывать порезы от твоего остро заточенного язычка, как минимум трехкомнатной квартирой в центре, — мудро закрывает обсуждение в третьем лице. Лица, как раз в Захаре и не выявлено. Гневливо швыряет ручку и проворачивает в голове поминки в мою честь. Наш юмор ему не по вкусу.

Мобильник вибрирует. Достаю из сумочки, подозревая, что Герман так и просится в недолгий бан.

Наткнувшись глазами на смс-ку от няни, с ощутимым довольством перевожу дыхание. На пару минут отрезаюсь, вглядываясь в фото Ванечки.

Мальчик мой улыбается, катаясь с пластиковой горки. На другой счастливо смеется, обнажив жемчужные зубки. Раскидывает ручонки в стороны и обнимает воздух, раскачивая качели. Наглядевшись вдоволь и получив облегчение, во мне расцветает радость. Хорошо ему. Значит и мне тоже. Смятение скатывается по груди. Убирается вглубь.

«Спасибо, Яна. Я в долгу не останусь» — печатаю благодарное сообщение. Жаль, не могу передать все эмоции.

«Только Герману Эмильевичу не рассказывайте. Завтра во второй половине дня. Я сама вам позвоню, как только куплю новую симку. Мне кажется, что он отслеживает звонки»

Чего — то подобного я и боялась. Все намного серьезней. Что у Германа на уме, остается лишь догадываться.

«Конечно. Буду ждать» — пишу в ответ.

— Все нормально, — интересуется Арсений. Сразу замечает, как я стремительно теряю цвет с лица.