Книга От любви до пепла, страница 127 – Анель Ромазова

Оба окаменев совершенно не эмоционируют, потеряв ко мне интерес.

За этим и направляюсь к Герману, «поблагодарить» лично за столь прекрасный подарочек. Утром он уехал, еще до того, как мы с Ваней спустились к завтраку.

Обрубаю бесполезные трепыхания на корню. Парни выполняют свою работу добросовестно, ни к чему на них отрываться. Кривые и притянутые, через не хочу, улыбки — яркий опознавательный признак. Возиться с богатенькой истеричкой, мало им импонирует.

Достаю из сумки помолвочное кольцо и телефон.

В сотый раз набираю Стоцкому, но у него, как и три часа назад, телефон не в сети. Прекратив, упорно надрачивать голосовую переадресацию сообщениями, раздаюсь бешенством.

— Блядь. блть, — гневом, как фокусник, извлекаю на лицах секьюрити изумление.

Чему удивляться, я их полчаса до этого убеждала, что не пай-девочка.

— Не нервничайте, Карина Санна, вредно это, — вставляет свои пять копеек водила.

— Заткнись и смотри на дорогу, — одергиваю его.

Ратмир качает головой, осуждая мой тон.

— Женщины моей нации, такого себе не позволяют. Грубить мужчине и выражаться, не стоит, — предупреждает обманчиво ровно.

Ты посмотри на этого диктатора — балагура. Тирании я уже нахлебалась досыта.

— Женщины моей нации, вполне легко, могут лишить премии тех, кто много болтает, — трактую ответ назидательно.

Кивает, поджимая губы и угрюмо насупив брови. Ну, хоть где-то получаю послабление. Провести остаток пути в молчании, это ли не счастье.

Снова берусь за телефон и многообещающие гудки, дают надежду, что Лавицкий прольет свет, на темную картинку в моей голове.

Что мать твою происходит!

Колет меня предчувствием, что пиздец ломанулся с черного входа, а не с парадного, где его в принципе ждали.

Выдыхаю и тут же напрягаюсь всеми мышцами. Ничего не меняется.

Вслушиваюсь в длинные гудки снова… снова. снова..

Арс не отвечает.

Блядь!

Комок настороженности разрастается все больше, превращается в шар и распирает изнутри. Усиливает давление, прижимая сердце, легкие и желудок к ребрам. Те, с трудом выдерживают оборону, под гнетом натянутой мускулатуры. Хрустят, будто их кто-то грызет.

С упоением лакомится, постепенно истончая терпение и выдержку.

Одуреваю, насколько сильно по мне бьет тревога. Это не прекращающийся набат. Просто активация красной кнопки. Неуправляемый криз панической атаки сжимает горло, и я задыхаюсь приступом. Сворачиваюсь в комок. Прихватываю виски. Спускаю голову на колени, чтобы ослабить.

Ремень душит. Вцепляюсь в пластиковый крепеж. Щелкаю кнопкой.

— Карина Санна, с вами все хорошо? Воды? — в тоне Ратмира пробивается беспокойство.

Беру бутылку, не различая из чьих рук. С жадностью глотаю прохладную жидкость. Дурнота потихоньку отпускает. Кисло — горький привкус остается. Пью и медленно втягиваю воздух через нос.

Смотрю в окно на кипящие людьми улицы. Завидую прохожим, что у них все так просто. У многих проблемы ограничиваются тем, что приготовить на ужин. Натыкаюсь взглядом на высотку из черного матового стекла.

Вы прибыли в место назначения — механическим женским голосом предупреждает навигатор.

Трель справа нервно вытряхивает из невеселых дум. Так не годится. Нужно собраться. Сцепляю пальцы в замок, мельком поглядывая на Влада, приложившего телефон к уху.

— Да, у нас все в порядке, — Влад сосредотачивается, акцентируя все внимание на мне. В голове стремительно закручивается воронка предположений и хлынувшей из всех шлюзов крови. Разглядываю темно — синюю ткань на костюме охранника и напрягаю слух, — Дак, мы уже здесь, к парковке подъезжаем, — парирует глухо невидимому собеседнику, — Рат, за рулем. Да… Сейчас передам.