Книга Мой лучший враг, страница 74 – Алена Филипенко

— Это ОН сделал? – спросила она.

— Не знаю, – пожала я плечами. – Мне все равно, кто.

— Ух, я ему покажу… – Дашка стала сыпать угрозами.

По дороге на черчение я думала о том, видели ли мои одноклассники эти фотографии. Как они отреагируют? Будут пялиться на меня? Хихикать? Жалеть?

Войдя в кабинет и увидев любопытные взгляды, я не выдержала. Мне хотелось расставить все точки над «и».

Я разложила фотографии.

— Вот, что я увидела а первом этаже, – обратилась я ко всем. – Кто-то пытается меня загнобить. Сначала – в интернете. Теперь они перешли в реал.

Все стали подходить смотреть, что же там такое.

— А ты знаешь, кто это сделал? – спросила Аня.

— Нет, к сожалению, не знаю.

— Вот уроды, – сказал Виталик. – Ненавижу таких людей. Кто делает какую-нибудь пакость, а сам в кусты прячется.

— А я видел фотки, – подал голос Женя, – только, ссорри, постеснялся их содрать. Там такая толпа была… Извини.

Я кивнула. Я все равно была благодарна ем за честный ответ, а всем – за их участие.

— Ну ты не переживай, главное, – ободряюще улыбнулась Анька. – Это все ерунда. Я не думаю, что это повторится. Нагадили в тапки – и успокоились. Наверняка какие-нибудь телки завидуют.

— Чему завидовать-то? – удивилась я. – Было бы чему…

— Ну, мало ли… Ну, в общем, не переживай. Мы все за тебя. Если еще вдруг такая гадость повторится, вот эти вот фотографии, сразу же снимем.

Я кивнула. Мне было приятно, что они за меня.

Хотя за спиной я все еще продолжала слышать их смешки и перешептывания.

По коридору я шла, смотря в пол. Может, когда, наконец, все насмотрятся на меня, то снова перестанут меня замечать? Сколько должно пройти времени?

На истории, уткнув нос в учебник, я пыталась сосредоточиться на параграфе.

— Не понимаю, зачем это нужно Стасу? – покачала головой подруга, аккуратно подрисовывая Михаилу Васильевичу Фрунзе усы.

Я уже несколько раз прочитала главу про адмирала Колчака и не запомнила ни строчки.

Вздохнула. Отодвинула учебник подальше. Мы с Дашкой стали рассуждать о сегодняшней ситуации.

Наша болтовня отозвалась мне боком – меня вызвали к доске и поставили тройку за плохо подготовленный параграф.

На переменах все пялились на меня. Хотелось одеть на голову рюкзак, чтобы никого не видеть. И чтобы меня не было видно.

Зачем? Зачем он это сделал? Вчера, когда мы стояли на поле, мне на секунду показалось, что все может вернуться. Что все может быть, как раньше. Что возможно все изменить, вернуть утраченную дружбу. Я ошиблась. Стас изменился, и он уже никогда не сможет быть таким, как прежде.

На большой перемене мы пошли в столовую. Я не хотела идти. Знала, что на меня будут пялиться. Но я не хотела отсиживаться в кабинете. Пусть все знают, что мне абсолютно плевать на эту ситуацию, и я не собираюсь переживать из-за подобной мелочи.

Мы с Дашкой сидели за столом, поедая пирожки и запивая их чаем.

Вошел Стас, следом – его стая. Он смотрел прямо на меня и улыбался.

— О, посмотрите-ка, кто тут сидит! – громко воскликнул он, привлекая внимание людей вокруг.

— Мы видели, видели твои фотки, – радостно пропел Стас, подойдя близко к нашему столу. – Что, заразила кого-то сифилисом, и бедняга решил отомстить?

Вокруг стали раздаваться смешки. Я глубоко вздохнула. Попыталась ответить спокойным тоном: